Магическая девятка, или Почему Дворжак не написал Десятую симфонию

r_2100x1400_radio_praha.png

Дворжаковские торжества отшумели, пронеслись. И совсем незаметно, тихо и скромно, 24 мая состоялась презентация нового факсимильного издания партитуры Девятой симфонии «Из Нового Света» Антонина Дворжака. На презентации в Музее Антонина Дворжака побывали и мы.

По сравнению с пышными торжествами непосредственно первого и второго мая, презентация факсимиле партитуры одного из самых известных произведений Дворжака прошла, можно сказать, почти незамеченной. Кружок посвященных, авторитетных музыковедов, убеленных почтенными сединами... Скромный инициатор и исполнитель казавшейся почти фантастической два года назад идеи, владелец художественного агентства «Томас» Томаш Киршнер рассказывает о магической силе чисел:

- Девятая симфония Антонина Дворжака была дописана 24 мая в девять часов утра. И мы выбрали сегодняшнюю дату именно поэтому. Пришлось поторопиться. Только мне немного было жаль, что мы не могли представить факсимиле в 9 часов утра. Но с другой стороны, если учесть, что симфония была написана в Нью-Йорке, и принять во внимание разницу во времени, то можно считать, что мы попали в точку.

А почему Вы решили издать факсимиле именно симфонии «Из Нового Света»?

- Я думаю, что в этом году Девятая симфония представляет собой такой образец чешской культуры. Не говорю, что мы на этом остановимся. Но для начала серии «Музей», которая, надеемся, будет репрезентативной и достойной, думаю, это самое лучшее произведение.

Издание факсимиле партитуры - дело непростое и недешевое. Как признался Томаш Киршнер, ему пришлось многому поучиться, хотя сам он, как играющий музыкант-оркестрант, исполнял Девятую симфонию Дворжака в оркестре 250 раз. А решить финансовые затруднения и оставить позади всех именитых конкурентов помог скромный меценат, пожелавший остаться неизвестным. В век рыночно-коммерческих отношений достойное начинание.

В понедельник, 24 мая 2004 г., спустя сто одиннадцать лет после того, как Антонин Дворжак поставил последнюю тактовую черту в партитуре своей последней симфонии, я еще на один шажок приблизилась к ответу на вопрос: «Почему Дворжак не написал Десятую симфонию?»

Именно об этом я спросила доктора музыковедения Милана Куну, признанного знатока-дворжаковеда.

- Это очень тяжелый вопрос. Я думаю, что каждая симфония у великих композиторов неоромантического периода, начиная Бетховеном и заканчивая Брамсом и Брукнером, - это такое напряжение, и каждая симфония должна была быть совершенно иной, тематически, по содержанию, - каждая - свой особенный мир. И вероятно было недостаточно жизни человеческой, чтобы написать больше симфоний, чем девять. Если вы посмотрите, на самом деле ни один из великих композиторов не пересек границу этой девятки.

- Но если я не ошибаюсь, у Дворжака было еще достаточно времени, он мог бы еще написать Десятую, или хотя бы сделать наброски...

- Да, конечно. Девятая была написана в 1893 году, он жил еще более десяти лет... но, тем не менее, насколько я знаю, уже никогда о новой симфонии не говорил. Наоборот, его стремлением было написать национальные оперы: «Русалка», «Черт и Кача», «Армида» и другие, или же он писал симфонические поэмы на баллады Эрбена, где чешские сюжеты были для него основой. Это было его целью. Но о новой симфонии он уже не думал, насколько мне известно.

- А Вы думаете, это потому что Дворжак считал, что уже выполнил свой «симфонический» долг?

- Нет, я так не думаю. Я не думаю, что хоть Дворжак, хоть иные композиторы, считали, что жизнь композитора заканчивается Девятой симфонией. Это мы сегодня так видим, с большого расстояния, когда сравниваем Шуберта, Бетховена, Дворжака, Брукнера и т.д. Шостакович писал дальше, после Девятой, но это уже иной вид симфонии, иной вид музыки. Что касается больших неоромантических симфоний - здесь сложно объяснить. Непросто это.

автор: Елена Патлатия
аудио