Мы спешили в Прагу, чтобы не позволить фашистам взорвать этот город

Когда в мае 1945 года оккупированная Прага восстала против фашистов, первыми на ее призыв о помощи откликнулись советские танкисты. Одной из участниц освобождения чешской столицы была и радистка мотоциклетной роты разведывательного батальона Уральского добровольческого танкового корпуса Надежда Алексеевна Кириллова. На фронт она ушла добровольцем в марте 1943 года, когда ей исполнилось всего 17 лет. Надежда Кириллова воевала на Курской дуге, освобождала Каменец - Подольск и Львов, воевала в Польше и Германии, и завершила свой военный путь 9 мая в столице Чехии Праге. Интервью с ветераном Второй мировой войны Надеждой Алексеевной Кирилловой, по просьбе Радио Прага, записал екатеринбургский журналист Олег Антонов.

- Надежда Алексеевна, мне хотелось бы узнать о ваших наградах. Какая из них стала для Вас самой памятной и трудной?

«Все награды были трудными. Наш корпус получил свое крещение на северном крыле Курской дуги. За эту операцию я была награждена медалью «За боевые заслуги». Я была радистом батальона корпусной разведки. Мы подчинялись и добывали сведения о противнике для командования корпуса».

- Расскажите, пожалуйста, о завершении войны.

«В конце войны меня перевели в 61 Свердловскую танковую бригаду. 30 апреля наша бригада получила задание - отрезать немецкие войска, которые спешили на помощь Берлину. Это была армия Венка. У нас был очень тяжелый бой в городе Беелиц. После окончания этой операции, когда войска противника были разгромлены, 2 мая части нашего корпуса перевели в район города Дрездена. Мы там находились до 5 мая. Наши танкисты, хотя это и не разрешалось, слушали в своих танках радио, и узнали, что что-то творится в Праге. 5 мая об этом стало известно и командованию корпуса.

Чехи сначала звали на помощь не нас, а союзные войска, но они не пришли. Они дошли до демаркационной линии, согласно договору трех держав, и остановились. А группировка Шельнера, очень крупная, в нее входило около 50-ти дивизий, находилась юго-восточнее и восточнее Праги. Немецкие генералы еще надеялись победить, но у них не получилось. Мы получили приказ идти на Прагу. Задание было - прорываться к Праге, как можно быстрее, обходить опорные пункты врага, не ввязываться в бои, прорываться к Праге, чтобы не дать фашистам взорвать этот город. В Праге восстание началось 6 мая. Сначала все было успешно. Но Шельнер подтянул свои танковые части, и начались кровопролитные бои в Праге. Вот тогда, 6 мая, пражане вышли в эфир и попросили русскую армию прийти на помощь.

6 и 7 мая мы преодолевали рудные горы, они не настолько высокие, но опасны тем, что обрывистые. Дороги были узкие, вдобавок, фашисты минировали их, устраивали завалы, прикрывали их огнем автоматчиков и своей артиллерии. 63 челябинская танковая бригада шла впереди корпуса, и ее передовой отряд постоянно нарывался на такие засады, которые приходилось расстреливать. Очень опасно было двигаться по дорогам, бывало танк едет, левая гусеница на полотне дороги, а правая наполовину нависает над пропастью. Но наши танки преодолели рудные горы. 8 мая мы вышли на равнину.

Когда мы спускались с гор, поступил приказ командира корпуса включить все фары на машинах и танках. За все время наших военных операций такой приказ поступил второй раз. Первый раз, когда Свердловская танковая бригада, при поддержке Пермской и Челябинской бригад, брала Каменецк-Подольск. Второй раз, когда мы шли на Прагу, мы спускались с перевала по винтообразной дороге с зажженными фарами. Можете себе представить, какое впечатление было в этот момент у фашистов?

Мы спустились с рудных гор и на рассвете 9 мая мы вошли в Прагу. Но не с той стороны, откуда нас ждали. Мы вошли с северо-запада, района аэропорта Ружаны (Рузине).

Это был особенный день. Даже природа гармонировала этому дню. После дождя блестели все листочки, как будто, встречая нас, распускались цветочки. А когда мы вошли в Прагу, нас забросали белой сиренью. Такого буйного кипения белой сирени и таких букетов мы больше никогда не видели.

Это было искреннее уважение к нам. Они выносили нам навстречу все, что у них было в доме. И если тебе предлагали какое-то угощение, а ты не возьмешь, то у них была горькая обида, на глаза наворачивались слезы. Чешские женщины выходили навстречу в национальных костюмах и всех угощали. Отказываться было невозможно. Бедному солдатику приходилось по несколько раз пить, что ему предлагали. И иногда они были под хмельком. Чтобы с ним ничего не случилось, чехи брали его под ручки, уводили в гостиницу и позже даже писали просьбу нашему командованию, чтобы его не наказывали, если он вовремя не вернется в часть. Как только он придет в себя, его тут же отправляют.

Мы были в Праге до 12 мая, а потом наши части вывели в пригороды Праги.

Запомнилось искренне отношение к нам. Люди нас действительно ждали. Когда наши танки остановились на площади, я вылезла из танка, люди увидели, что я девчонка, и меня с танка стащили. Меня окружили женщины, и среди них была одна седая женщина, которая на чистом русском языке поблагодарила, что наша «армада», как они говорили, освободила их город. Она сказала: «Я не знаю, чем тебя поблагодарить. У меня ничего нет, но в моей сумке остался небольшой кошелечек, (этот кошелечек был вышит гобеленовым крестом) это моя работа, я вышивала его в молодости, и я тебе на память его дарю».

А потом меня куда-то повели. Подхватили под руки и повели. Недалеко от танка, меня завели в какой-то дом, и я вошла в квартиру. Мне говорят: «Солдату надо помыться. Мы нагрели воду». У них в городе было очень тяжело с водой. Они берегли воду, потому что фашисты им не давали воду. Эта вода была у них собрана для себя, но они нагрели полную ванну. Мене не дали даже пошевелить пальцем. Меня раздели и в ванную. Пока меня мыли, другие женщины отгладили мою форму и начистили сапоги. А когда я вышла из ванной, то мне сделали такую прическу, что ребята меня потом не узнали. Сказали: «У нас появилась фрау». Так я запомнила этот день. Это был самый счастливый день в году.

В Праге мы находились несколько дней. Необходимо было охранять этот город и помогать повстанцам выловить всех немецких солдат и офицеров, которые прятались по домам и подвалам. Нам было нужно очистить всю Прагу, а это очень большой город. Поэтому наш разведывательный батальон получил задание, в составе танков мотоциклов, выйти на охрану города».

«Хотелось бы всем пражанам и всем жителям Чехословакии сказать, чтобы они помнили только об одном, что мы пришли на территорию Чехословакии их освобождать. Слухи о том, что мы хотели оккупировать Чехословакию - это вранье. Мы шли на помощь восставшей Праге, потому что это славянская страна, и не прийти ей на помощь было невозможно.

Всем хочу пожелать - любить свою страну, беречь ее. Чтобы подрастающему поколению рассказывали правду о том, какая была война. В этих боях, при освобождении Праги, только 6 числа на баррикадах погибло свыше двух тысяч пражан. А сколько еще осталось искалеченных. Поэтому мне хочется, чтобы люди помнили - какой ценой и их народу и нашему народу далось это освобождение. Хочется пожелать, чтобы в мире не было войны, чтобы люди жили под мирным небом, чтобы дети не знали ужасов войны, которые пережил и чехословацкий народ. Желаю всем здравствовать, поздравляю всех с праздником Победы, потому что это праздник единый и для нашей страны и для Чехословакии».

Воспоминание о последних днях Второй мировой войны радистки танкового корпуса, освобождавшей чешскую столицу, Надежды Алексеевны Кирилловой, по просьбе Радио Прага, записал екатеринбургский журналист Олег Антонов.


Мы повторяем рубрику, премьера которой состоялась 29 апреля 2005 года.

автор: Олег Антонов
аудио