«И при новом правительстве Чехия останется страной, активно поддерживающей Украину»
Российские дроны в польском небе – лишь первый звонок. Не только для стран Балтии, Румынии и Польши, но даже для Венгрии, Словакии и Чехии угроза возрастает, считает научный сотрудник Карлова университета, публицист и политолог Александр Морозов.
В ночь на 10 сентября, в воздушное пространство Польши вторглись не менее 19 российских дронов. Пять беспилотников упали в Люблинском воеводстве, один повредил жилой дом в деревне Вырыки. Для перехвата были подняты истребители НАТО. Польша объявила о намерении перебросить к границе с Беларусью и Россией 40 тысяч военнослужащих и обратилась к союзникам по НАТО за поддержкой. 14 сентября в Польшу уже прибыли три чешских вертолета.
12 сентября, когда начались российско-белорусские учений «Запад-2025», Польша в одностороннем порядке закрыла границу с Беларусью. Глава МИД Марчин Кервиньский сообщил, что границу откроется, лишь когда польская сторона будет «на 100% уверена» в отсутствии угрозы.
– Сейчас в Чехии обсуждается вторжение российских дронов на территорию Польши. Министр иностранных дел Ян Липавский (баллотируется в парламент от коалиции Spolu/«Вместе») назвал это атакой Другие политики более сдержанные. Как вы вообще оцениваете реакцию чешского правительства на эти события?
– Независимо от того, было ли вторжение дронов на польскую территорию задуманной акцией Кремля, или это случайность и неточность тех, кто управляет дроном, несомненно, у этого будет совершенно четкий результат, поскольку нарушено воздушное пространство не только здесь Польши – это касается всего восточного фланга НАТО. Так что я думаю – здесь неизбежна реакция всех европейских стран.
Во-первых, разумеется, произойдет укрепление восточного фланга НАТО, и это уже делается – началась программа «Восточный часовой». Во-вторых, Чехия и ряд других стран, в том числе Германия и Нидерланды, посылают свои самолеты, предоставляют другие военные ресурсы для укрепления восточного фланга. Я думаю, что всё это скажется на ситуации на границе, то есть на ситуации с пропускными пунктами, с прохождением через границу ряда стран.
Самое плохое во всем этом то, что эти дроны – так сказать, лишь первый звонок. Все понимают, что Кремль не собирается останавливать войну, он не пошел на предложение Соединенных Штатов о прекращении огня. Очевидно, что в ближайшие месяцы Кремль будет стремиться добиться каких-то военных результатов. А это означает, что для стран Балтии, для Румынии, для Польши и даже для Венгрии, Словакии и Чехии угроза возрастает.
– То есть Кремль по-прежнему не отступает от требования «Убирайтесь за границы 1997 года»? Когда Чехия, как мы помним, еще не входила в НАТО. То есть Чехии нужно быть настороже? Недаром министр Ян Липавский сказал: «Дроны пролетали в 200 километрах от нашей границы».
– Я думаю, что, когда Путин говорит о необходимости устранить первопричину войны, часто его высказывание просто до конца не понимают. Между тем первопричина – в понимании Кремля – заключается именно в том, что НАТО должно отодвинуться от границ России и должно прекратиться военное сотрудничество между странами, которые Кремль рассматривает как свою зону контроля. И поэтому ситуация очевидна: и сейчас, и в 2014 году, и в 2015 году, и целые десятилетия, Москва, перечисляя все обстоятельства, которые с точки зрения Кремля привели к нападению на Украину, говорила о «расширении НАТО на восток». И это утверждение никуда не денешь, так что здесь придется делать выбор. Дело в том, что, строго говоря, до 2022 года НАТО ни на какой восток не расширялось. Страны, которые хотели сотрудничать с НАТО, это сотрудничество формулировали, развивали военное, оборонное сотрудничество, но все это никаким образом не угрожало Российской Федерации, и никто и не планировал ей угрожать. А вот после 2022 года, после агрессии против Украины, разумеется, неизбежно и страны НАТО, и более широкий круг государств, которые входят в альянс поддержки Украины, будут перед лицом происходящего укреплять свою оборону и наращивать военные возможности.
– Сложно угадать, почему для направления дронов была выбрана именно Польша. Казалось, логичнее было бы сделать нечто подобное со странами Балтии или даже с Финляндией. Или это было направлено именно на Польшу как на большой хаб для переброски оружия в Украину?
– Я думаю, что этой атакой дронов очень ясно показано, что для Кремля существенными являются все те центры, в которых сейчас наращивается военная активность по обороне восточного фланга НАТО. Естественно, сюда относится и Румыния. Нет сомнения в том, что в ближайшее время в Румынии будет наращиваться присутствие авиации НАТО. И это, конечно, Финляндия, которая занимает очень четкую и жесткую позицию в отношении кремлевской агрессии. Это Польша, по поводу которой Сергей Караганов вообще публично заявлял, что «надо нанести удар по Познани». Собственно говоря, что-то в этом роде и произошло. Страны Балтии, конечно, имеют все основания быть обеспокоенными в такой ситуации своей безопасностью. И я думаю, что раз состоялась такая провокация, то можно сказать твердо, что состоится и вторая. Поэтому все должны находиться в большой готовности.
Через месяц в Чехии пройдут выборы. Как вы ожидаете, произойдет ли изменение внешнеполитического курса? Потому что, скорее всего, на этих выборах победит партия ANO во главе с бывшим премьер-министром Андреем Бабишем, которого нередко сравнивают с Дональдом Трампом. Есть большая вероятность, что Андрей Бабиш займет пост премьер-министра – он даже лидирует среди чехов в премьерском рейтинге. Чего можно ожидать с формированием нового правительства?
На мой взгляд, принципиального изменения позиции Чехии применительно к российско-украинской войне не произойдет. Чехия и после выборов останется страной, которая будет активно участвовать в поддержке Украины. Может быть, изменятся другие аспекты политики, и внутренней, и внешней. Но что касается российской агрессии, она настолько реально представляет сегодня угрозу странам Центральной Европы, что, на мой взгляд, новое правительство Чехии останется в отношении этой войны в контуре общеевропейской позиции. И при правительстве Андрея Бабиша тоже. Посмотрим, как это окажется на деле.
– А если в правительство войдет Томио Окамура, это, напоминаю, лидер ультраправой партии «Свобода и прямая демократия» (SPD)? Окамура, кстати, уже выдвинул условие прекратить помощь украинским беженцам.
– Да, возможно, что-то будет меняться, скажем, в отношении украинцев в Чехии. Но, во-первых, это не будут радикальные изменения. А второе, и, как мне кажется, существенное – это чешская оборонная инициатива, и она не прекратится при новом правительстве, а будет продолжаться. И при действующем правительстве Чехия занимала достаточно четкую позицию: она будет делать всё, что может, но не будет брать невыполнимых для себя обязательств. Но я не очень верю, что в новом правительстве окажется Окамура и его партия «Свобода и прямая демократия».
– Однако рейтинг SPD сейчас достигает 13%...
– Да, тринадцати процентов, но, тем не менее, наблюдая настроения чешского общества в целом, я не представляю, чтобы правительство стало действовать так, как действует сегодняшнее правительство Словакии. Этого, на мой взгляд, не будет ни при каких результатах выборов,
– полагает политолог Александр Морозов.