125 лет со дня рождения Лео Хааса: художник между ужасом, талантом и идеологией
125 лет назад в Опаве родился Лео Хаас – живописец и карикатурист, чья судьба является наглядным примером истории Центральной Европы XX века. Он пережил нацистские концентрационные лагеря, после войны стал пропагандистом коммунистического режима и в итоге обосновался в Восточном Берлине. Его рисунки сегодня служат свидетельством ужасов нацизма, а также того, как легко талант может быть использован властью.
Лео Хаас родился в 1901 году в Опаве, входившей тогда в состав Австро-Венгрии. Уже в детстве он проявлял яркий художественный талант, который привел его в академию в Карлсруэ, а позже – в Берлин. Там он учился у известного графика Эмила Орлика и быстро вступил на активную художественную сцену.
В 1920-е годы он также работал в Вене, где рисовал карикатуры в газеты. Вернувшись в Опаву, он открыл мастерскую и женился на портретистке Софии Геррман. В своем творчестве в то время Хаас тяготел к экспрессионизму, подобно Максу Либерману и Кете Кольвиц.
Приход нацизма и клеймо «дегенеративного искусства»
После 1933 года положение еврейских художников в Германии и Чехословакии быстро ухудшалось. Работы Лео Хааса были объявлены нацистами «дегенеративными», а сам он обвинен в «культурном большевизме». После антисемитских погромов он уехал в Остраву, однако и там не избежал репрессий.
В 1939 году он был депортирован в трудовой лагерь в Ниско в Польше, где тайно рисовал жизнь заключенных. Эти рисунки сегодня считаются одними из самых ценных свидетельств существования лагеря.
Терезин, Освенцим и мастерская фальшивомонетчиков
В 1942 году Хаас был арестован и депортирован в гетто Терезин. Благодаря своему таланту он работал в техническо-графическом отделе, где мог рисовать и даже вести занятия по рисованию для детей. Его работы из Терезина с исключительной чуткостью передают повседневную жизнь заключенных.
В 1944 году его обвинили в «распространении ужаса» и отправили в Освенцим. Там он выполнял технические чертежи для врача Йозефа Менгеле. Позже его перевели в Заксенхаузен, где он оказался в группе заключенных, вынужденных подделывать британские банкноты в рамках нацистской операции «Бернхард». Освобождения он должался в мае 1945 года.
Позже Хаас вспоминал: «Чаще всего по ночам мы рисовали умирающих от голода заключенных, детские транспорты, повешения».
Послевоенная вера в коммунизм и роль пропагандиста
После войны Лео Хаас вернулся в Терезин, где нашел спрятанные рисунки, но также узнал, что большая часть его семьи не пережила войну. В атмосфере послевоенной радикализации он вступил в коммунистическую партию, которую считал единственной силой, способной предотвратить возвращение фашизма.
Он стал одним из самых заметных художников коммунистической пропаганды. Его карикатуры в газете Rudé právo и сатирическом журнале «Дикобраз» изображали Запад как агрессивный, расистский и коррумпированный. Его стиль был легко узнаваем – и режим активно это использовал.
Парадоксально, но, будучи евреем, во время сталинских чисток он вновь оказался под угрозой.
Переезд в Берлин и последнее возвращение в Опаву
После смерти второй жены в 1955 году он переехал в Восточный Берлин, где работал для газеты Neues Deutschland, сатирического журнала Eulenspiegel, а также на телевидении. Его работы выставлялись в Европе, США и Израиле.
В 1981 году он в последний раз вернулся в родную Опаву. Выставку своих работ он завершил жестом, который многое о нем говорит – подарил свои рисунки городу. Умер Лео Хаас в Берлине в 1983 году.