Агрессии в спорте не место: камеры у входов на стадион и реестр опасных болельщиков
Беспорядки, вызванные футбольными фанатами пражской «Славии» во время дерби со столичной «Спартой», ныне чреваты законодательными изменениями, среди которых – создание реестра, в котором спортклубы смогли бы анонимно обмениваться информацией о проблематичных болельщиках; камеры у входа на стадион с функцией распознавания лиц и продажа именных билетов на матчи.
Полиция Чехии возбудила уголовные дела по факту беспорядков на пражском дерби на домашнем стадионе «Славии» в пражском районе Вршовице. Расследование ведется по статье «хулиганство». Рассматривается прорыв фанатов «Славии» на поле стадиона, нападение на вратаря «Спарты» и метание пиротехники в сектор гостей. По предварительным данным, сумма ущерба достигает нескольких сотен тысяч крон. Как сообщила пресс-секретарь полиции Эва Кропачкова, следователи изучают десятки видеозаписей с камер наблюдения и кадры, опубликованные СМИ. Личности нескольких участников нападения на голкипера уже установлены, поиск остальных причастных продолжается. Все это инициировало общественную и профессиональную дискуссию о том, что для обеспечения безопасности спортивных мероприятий необходимо принятие ряда мер, включая изменение законодательства. Об этом в интервью «Чешского Радио» говорит министр спорта Борис Штястны.
- Что подразумевается под тем, что клубы будут анонимно обмениваться данными?
«Мы определенно хотим максимально защитить персональные данные. Мы не хотим, чтобы, например, можно было массово сканировать лица посетителей с помощью искусственного интеллекта и распознавать биометрические данные на целых стадионах. Во-первых, мы хотели бы, чтобы между отдельными клубами можно было обмениваться информацией о лицах, которые уже были осуждены на основании действующего уголовного кодекса и получили запрет на посещение стадиона, либо о тех, кого конкретный клуб отметил за конкретное нарушение. В таком случае при входе на стадион они были бы распознаны и не допущены внутрь. Но однозначно невозможно сочетать это с проверкой личности, например, по удостоверению личности или чему-то подобному».
- Кто будет устанавливать и контролировать правила включения людей в такую базу?
«Это должен установить закон, здесь действительно необходимо законодательное полномочие. Мы будем работать над этим законом. Я уже встречался с руководством Управления по защите персональных данных, а также с коллегами-депутатами и представителями, например, Министерства внутренних дел. В законе будет четко определено, каким образом можно вносить людей в конкретный реестр. Разумеется, у этих людей будет возможность защищаться стандартным юридическим путем. «Анонимно обмениваться данными» здесь означает, что входящий на стадион, – как это происходит во многих других европейских странах, – будет «отсканирован», и без идентификации дополнительных персональных данных система просто определит, что посетитель был уличен в каких-то действиях, и ему запрещен вход на стадион».
- Можно ли юридически адаптировать закон о защите персональных данных так, чтобы использовать камеры и не нарушать право ЕС? Ведь AI Act фактически запрещает распознавание лиц в общественных местах…
Это именно то, что мы сегодня (в среду) обсуждали с руководством Управления по защите персональных данных. Это действительно возможно. Речь идет об изменении закона о поддержке спорта. Сейчас мы обсуждаем, где будет размещен такой реестр: в Футбольной ассоциации или в Национальном спортивном агентстве. У последнего есть преимущество, так как это центральный государственный орган. Кроме того, такая система могла бы использоваться и в других видах спорта, например в хоккее.
- Как должны обрабатываться данные с камер, чтобы они не были использованы неправильно?
Это очень важный вопрос, нам на этом особенно важно сосредоточиться. Уже сейчас на стадионах используются камеры, которые в соответствии с действующим законодательством фиксируют происходящее. Стадионы сегодня являются частной территорией, не публичным пространством, и управляются частными субъектами, но они уже используют видеонаблюдение в соответствии с GDPR. Сейчас речь идет о биометрии – распознавании лиц. Здесь анонимизация крайне важна. Пример: конкретный стадион запрещает вход человеку за нарушение – это уже возможно по правилам посещения. Его данные попадают в систему, и любой другой стадион, подключенный к системе, может проверить, не является ли посетитель нарушителем. Если нет – данные сразу удаляются. Фотография хранится всего 2–3 секунды. Если человек в списке – его не пускают, и данные снова удаляются.
- Единственное место в Чехии, где используется распознавание лиц в общественном пространстве – аэропорт Праги. Нужно ли судебное разрешение?
По итогам сегодняшнего (среды) обсуждения с руководством Управления по защите персональных данных, судебное разрешение не требуется. На первом этапе речь вообще не идет об искусственном интеллекте. Есть разница между биометрией и ИИ – это регулируется разными нормами ЕС. Поэтому суда не нужно, но будут строгие правила: какие данные собираются, как они хранятся, кто имеет доступ, как обеспечивается анонимность и удаление данных.
- Вы также говорили о том, что хотите подготовить дополнительные законодательные меры. Вчера вы упоминали запрет на закрывание лица на стадионах, ужесточение наказаний за выход на игровое поле… Но ведь такая законодательная база уже по сути существует. Проблема в том, что до сих пор она игнорировалась. Например, запрет на использование пиротехники на стадионах действует с 2022 года. Как заставить клубы не игнорировать это и соблюдать закон?
Вы правы, уже сегодня в законе о правонарушениях есть возможность наказывать за такие действия. Мы обсуждали с МВД ужесточение этого закона. Вторая вещь – ответственность клубов. Мы согласились с футбольными представителями, что именно клубы должны усиливать контроль. На международных матчах или в кубковых играх пиротехники нет, потому что штрафы очень высокие. В национальной лиге, к сожалению, это происходит. Футбольная ассоциация Чехии пообещала заняться этим и искать решения, включая ужесточение правил и санкций для клубов, потому что у них есть инструменты влияния, и часто это происходит даже с их молчаливого согласия.