Чехословакия – полюбовный раздел совместно нажитого

Душан Тршиcка, фото: Лубош Ведрал, ЧРо

Важнейшей частью любого развода неизбежно становится раздел имущества, тем более когда речь идет не о расставании супружеской пары, а о распаде государства. Здесь на первый план выходят такие задачи как создание самостоятельной валюты, разграничение некогда общей собственности, взаимные долговые претензии и обязательства. Именно от успеха этого процесса во многом зависят будущие отношения стран, бывших некогда единым государством.

При разделении Чехословакии эти вопросы решались на фоне перехода стран с социалистических рельсов к рыночной экономике, в частности, проведения так называемой купонной приватизации – одной из форм ваучерной приватизации. Этим непростым процессом разгосударствления собственности занимался в начале 1990-х гг. Душан Тршиcка – заместитель Вацлава Клауса, занимавшего в тот момент пост министра финансов.

Душан Тршиcка, фото: Лубош Ведрал, ЧРо
С бывшим замминистра финансов «Радио Прага» беседует об экономической составляющей «бархатного развода».

– Как бы вы охарактеризовали экономическое положение в обеих частях федерального государства в период разделения Чехословакии?

— Здесь необходимо понять, когда началось это разделение. Это уже связано с осознанием этого процесса спустя 25 лет, то есть это – наш сегодняшний взгляд. Я бы сказал, что по поводу разделения Чехословакии все было абсолютно ясно с самого начала, просто мы здесь, на чешской стороне, на это не сразу обратили внимание. Очень долго, фактически до 1991 года, мы продвигали тезисы, что «крупный рынок принесет нам больше пользы», что «мы должны быть вместе», что «чем нас больше, тем мы станем успешнее» и т.д.

Сначала мы осознали невозможность существования Чехословакии на политическом уровне, и, как это ни парадоксально, но лишь потом мы поняли, что и с экономической точки зрения тоже плохо оставаться вместе. Например, когда появились две национальные валюты, Словакия смогла намного быстрее девальвировать свою крону, чем Чехия. И эта, казалось бы мелочь, серьезно помогла им взять старт в стремлении экономически догнать Чехию. Некоторые говорят, что они нас уже обогнали, но я бы назвал это фантазиями.

С приватизацией разделяться легче

Фото: ЧТ24
Душан Тршиска также считает, что большим подспорьем при разделении государства стала ускоренная приватизация государственного имущества – этот шаг значительно упростил «развод». При этом руководство Словакии горячо поддерживало чешскую программу приватизации, включая купонную приватизацию. В Словакии поняли, что этот процесс значительно упрощает схему раздела имущества в целом, поскольку делить имущество, находящееся в частных руках, гораздо проще, чем государственное.

По прошествии 25 лет экономист уверен, что разделение государства помогло обеим сторонам – как чешской, так и словацкой.

– Как верно отмечает господин президент Клаус, словакам это помогло больше, чем нам. Однако это помогло всем, поскольку договоренности между сторонами уже были абсолютно неэффективными.

– А как разделение государства тогда воспринимали лично вы как человек, как гражданин Чехословакии?

«Мы по-отечески заботимся о словаках, а они нас не любят!»

Вацлав Клаус, фото: Давид Седлецки CC BY-SA 3.0
– Я вспоминаю этот момент, как будто все было вчера, поскольку помню, что это произошло после чешских выборов. Вацлав Клаус – будущий президент, а тогда председатель партии гражданских демократов, заявил, что будет претендовать на пост премьера чешского правительства, а не федерального. Его заявление транслировалось по телевидению. В тот момент я «утер слезу», что, собственно говоря, было следствием того патерналистского отношения чехов, прежде всего пражан, к словакам, которое тогда бытовало. Про себя мы жаловались: «Они не хотят быть с нами, они нас не любят, хотя мы так хорошо о них заботимся!»Тогда мы не осознавали, что именно этого словаки и не хотели, что они могли воспринимать такой подход как оскорбление. Тогда Прага этого не видела, а сегодня я на это смотрю, как на нашу невообразимую дерзость. Сейчас мы хвастаемся, что поняли это первыми, вовремя «дернули тормоз» и «сдали назад». Однако процесс был болезненным, а когда смотришь на карту, становится грустно...

– Что было сложнее всего разделить с экономической точки зрения?

«Brexit – куда проще разделения Чехословакии»

– Поскольку в этот момент уже было принято решение о массовой приватизации, нам удалось обойти те острые углы, из-за которых вспыхивают гражданские войны, и чего не смогла избежать Югославия. Я имею в виду «Чешские энергетические заводы». Когда Чехословакия разделялась, «Чешские энергетические заводы» приватизировались, и словацкие инвестиционные фонды, которые также уже были созданы, могли свободно приобретать акции. В какой-то момент встал вопрос, в каком объеме акции чешских компаний будут переданы словацким инвесторам. Это был лишь краткий момент, когда могли возникнуть трения. Когда сегодня мне говорят, что Brexit будет очень сложным, я отвечаю:«А почему это должно быть сложным?»Сложно это может быть только с политической точки зрения.

Эффективность договоренностей можно назвать чудом

Югославия в 1963–1991 гг., фото: открытый источник
Душан Тршиска уверен – подобные проблемы решаются в целом, а не в деталях, выясняя, кому и что именно принадлежит, кому достанется конкретный вертолет или локомотив. Эффективное решение можно принять только политически, руководствуясь доброй волей.

– То, что мы разделились, и как мы разделились, что мы заключили все эти договоры, и что все они так или иначе работают, можно назвать маленьким чудом. Во всех странах, которые распались, – будь то Советский Союз или Югославия – до сегодняшнего дня остается не решенные до конца имущественные вопросы. Поскольку там рассматриваются детали, они не могут иметь окончательного решения, и все это будет тянуться до бесконечности.

Только Чехия полностью обеспечивает свое население работой

– Сегодня, спустя четверть века, уже можно подводить определенные экономические итоги. Кто сейчас «стоит дороже» – Чехия или Словакия?

Фото: ЧТ24
– Это – макроэкономический вопрос, на который трудно дать однозначный ответ, поскольку не вполне ясно, с какой меркой к нему подходить. Я бы рассматривал его более обобщенно: «Сколько стоит Центральная и Восточная Европа как целое?»Есть страны, где наблюдается поступательный процесс – страны Вышеградской четверки плюс Россия. Есть государства, где развитие затормозилось. В самом худшем положении оказалась Украина. А из тех стран, где ситуация меняется, думаю, Чехия – самая благополучная, динамичная и трудолюбивая. Это в определенной степени отражается и в статистических данных. Я всегда говорю и студентам и журналистам, что Чехия – единственная из этих стран, у которой есть работа для своего населения, которая способна свой народ прокормить и даже принимает трудовые ресурсы извне, в отличие от Словакии, Польши, Венгрии. Теперь мы знаем, сколько людей оттуда переехало в Великобританию, поскольку они не нашли работу у себя дома и были вынуждены искать ее за границей, причем не всегда на достойных условиях. И поэтому Чехией я чрезвычайно горжусь.

Евро как шаг на Запад

Фото: Штепанка Будкова
– Словакия уже давно перешла на единую европейскую валюту. Как можно оценить ту роль, которую сыграло и играет евро в ее экономике?

– Словакия пережила очень сложный политический период – время, когда ее возглавлял Владимир Мечьяр, который по некоторым причинам (я не хотел бы давать им сейчас оценку) оказался в международной изоляции. Так что принятие евро стало для Словакии очень сильным политическим шагом вперед. Чем дальше на восток, тем серьезнее, жестче и болезненнее стране приходится бороться за свою принадлежность к западному региону. Так что с политической точки зрения евро им очень помогло, а с экономической не навредило…