Чешские эксперты: Вторжение в небо НАТО не означает автоматическую активацию статьи 5

Нарушение воздушного пространства страны НАТО само по себе не является поводом для активации 5-й статьи о коллективной обороне. Решающее значение имеет то, является ли инцидент вооруженным нападением, например, целенаправленной атакой на самолет НАТО или территорию страны-члена блока. Это следует из заявлений экспертов по безопасности, сделанных для агентства ČTK. Статья 5 закрепляет союзнический принцип коллективной обороны; в истории она активировалась лишь однажды – после террористических атак на США 11 сентября 2001 г.

Запрос на активацию статьи 5 остается на усмотрение конкретного государства-члена. Михал Бенеш из Ассоциации по международным вопросам (AMO) допускает ее активацию, например, в ситуации, если российский истребитель целенаправленно сбивает самолет страны НАТО над ее территорией, если российские военные в форме массово пересекают границы НАТО или российские ракеты начинают массово падать на территорию стран НАТО. В случае с ракетами, по его мнению, сначала нужно было бы исключить вероятность того, что ракета была отклонена системой ПВО или упала из-за собственной ошибки.

Само по себе нарушение воздушного пространства, по мнению Властислава Бржизы из Карлова университета, не означает автоматическую активацию 5-й статьи НАТО. При менее серьезном инциденте, по его словам, целесообразнее проводить консультации в соответствии со статьей 4.

Статья 4 позволяет членам блока запрашивать консультации, если, по мнению любой из них, под угрозой находятся территориальная целостность, политическая независимость или безопасность какого-либо члена альянса.

При принятии решения о реагировании на нарушение воздушного пространства, по словам Бржизы, определяющей является прежде всего степень угрозы. Оценивается поведение самолета, его траектория, вооружение, реакция на предупреждения и возможная угроза населению или силам альянса. Продолжительность нарушения, по его мнению, важна, но сама по себе не является решающей. Базовым принципом выступает соразмерность ответа.

Пилоты истребителей и их командиры, по словам Бенеша, принимают решения на основе так называемых rules of engagement — правил применения силы в данной ситуации. Над нейтральной территорией за чужими истребителями, как правило, только наблюдают. Если же они входят в воздушное пространство конкретного государства или над его территориальными водами, самолеты альянса могут сопровождать их с целью выдворения из данного пространства.

Перед возможным применением силы, считает Бенеш, необходимо выяснить, идет ли речь о намеренной эскалации или о технической неисправности. Применение силы в большинстве стран альянса он может представить в случае, если самолет НАТО окажется под огнем над собственной территорией, чужой самолет начнет атаковать наземные цели или будет долгое время игнорировать требования покинуть воздушное пространство альянса. В последнем случае применению силы предшествовал бы предупредительный выстрел.

Главным риском ошибочной эскалации Бржиза назвал неверную оценку намерений противника. Провокация, навигационная ошибка или техническая проблема могут быть ошибочно приняты за подготовку к атаке, или наоборот. Именно поэтому, по его словам, действия обычно развиваются постепенно: от идентификации и сопровождения до возможного применения силы.

Наибольшую опасность, по мнению Бенеша, представляет возможная человеческая ошибка пилотов с обеих сторон, которую другая сторона может истолковать как предлог для эскалации. Россия, по его словам, проверяет способность стран НАТО к военной и политической реакции, особенно их скорость реагирования, с помощью нарушений воздушного пространства альянса различной продолжительности и формы.

В последнее время НАТО сталкивается с неоднократными случаями нарушения воздушного пространства стран-членов в связи с войной России против Украины. Инциденты касаются, в частности, российских самолетов и беспилотных летательных аппаратов, что приводит к подъему в воздух истребителей НАТО, особенно на его восточном фланге.