Кого боится русский медведь?

Юрий Федоров

В Праге прошла конференция НАТО Winter Academy 2009 при участии Европейского центра безопасности и пражского института изучения безопасности. С одним из ее участников, экспертом по вооружению Юрием Федоровым, который представлял лондонский институт Чатхэм Хаус, мы говорим сегодня.

- Россия в последнее время сделала несколько интересных шагов. Подписала договор с Беларусью о создании единой системы противовоздушной обороны, подписала договор с центрально-азиатскими странами о создании общих сил быстрого реагирования и отказалась от установки ракет Искандер в Калинградской области…

«Во-первых, Россия заявила о том, что она откладывает размещение этих ракет в Калининграде, потому администрация США не торопится с развертыванием системы ПРО в Чешской Республике и в Польше. То есть пока говорить о том, что Россия отказалась от этих планов, оснований нет».

- В Москве прошло заседание высшего совета союзного государства Беларуси и России, и Лукашенко согласился на создание единой региональной системы ПВО. Москва видит какую-то реальную угрозу сейчас?

Жозе Баррозу и Дмитрий Медведев (Фото: ЧТК)
«История, что нужно создать эту единую систему, обсуждается не первый год, и не в первый раз господин Лукашенко дает в принципе согласие на создание такой системы. Однако, главное – перейти к практике, для этого нужно решить массу технических деталей. Вот пока эти детали не разрешены, и пока имеется лишь очередное принципиальное согласие белорусского президента на создание такой системы».

- Чем важен этот договор для Москвы?

«В России существует представление о том, что военная угроза надвигается со стороны запада и НАТО, и поэтому нужно создавать какие-то военные механизмы, чтобы эту угрозу нейтрализовать. На мой взгляд, подобные представления российских военных и части российских политиков глубоко неверны, потому что реальная угроза для России исходит не с запада, а с юга, от разного рода террористических и экстремистских организаций. Исходит от Ирана, который не так давно совершил новый шаг в деле создания ракетного потенциала, был запущен иранский спутник с помощью иранской ракеты. Это все свидетельствует о том, что на юге накапливается довольно опасный потенциал. Тем не менее, почему-то российские военные считают своей главной задачей укрепление западных рубежей. На мой взгляд, это большая ошибка».

«Это очень сложный вопрос. И до сих пор нет ясного ответа на вопрос, какова должна быть стратегия борьбы с терроризмом. Видимо, нужно комбинировать различные методы и средства, в том числе, классические вооруженные силы могут быть полезны для разгрома особо крупных группировок террористов. Бороться с террористами в городах – это задача служб безопасности и полицейских организаций. С танками в городах против террористических группировок никто, собственно, и не воюет».

- Президент сенаторской комиссии по вооруженным силам США предложил России разрабатывать общую систему ПВО, направленную против Ирана. Какие шансы есть, что проект осуществится?

«Идея о создании общей системы противоракетной обороны, направленной против Ирана и вообще любых ракетных угроз, общих для России, США и Европы, эта идея существует довольно давно. Пока нет ясного понимания того, как ее реализовать на практике. Какой должен быть механизм распределения сил и средств в рамках этой системы, кто ей должен управлять?

- Но такие заявления делаются политиками… Вот сотрудничество НАТО с Россией может быть полезным, в том же Афганистане. Чем может быть полезно сотрудничество с НАТО России?

«С одной стороны, НАТО заинтересовано в сотрудничестве с Россией, потому что через территорию России проходит один из путей снабжения войск НАТО, находящихся в Афганистане. Но пока речь идет о так называемых невоенных грузах, то есть - продовольствие, вода, медикаменты. Есть договоренность, и этот канал существует, во всяком случае, несмотря даже на обострение отношений с НАТО после вторжения в Грузию, Россия не отозвала свое согласие на функционирование этого канала. Особенно имея в виду, что возникли серьезные трудности в снабжении войск НАТО и американских вооруженных сил в Афганистане через Пакистан, ведь до сих пор 75 процентов всех грузов, необходимых для международной коалиции в Афганистане, шли через территорию Пакистана. Однако в последнее время резко осложнилась ситуация в районе так называемого Хайперского перевала на границе Афганистана и Пакистана в результате действий Талибан. Поэтому особое значение приобретают пути снабжения войск НАТО через центральную Азию и Россию. К сожалению, под давлением России, об этом было объявлено вот буквально на той неделе, была закрыта американская перевалочная база в аэропорту Манас около Бешкека. Так что вот здесь позиция России очень двусмысленна».

- Подписан договор о коллективных силах быстрого реагирования. Беларусь, Россия, Киргизстан, Казахстан, Таджикистан. С кем теоретически они хотели бы воевать?

«Ну, об этом нужно спрашивать тех людей, которые подписали этот договор. Как я понимаю, ситуация заключается в том, в Москве давно вынашивалась идея создания более или менее крупной группировки войск, которая способна действовать в случае необходимости в Центральной Азии. ОДКБ объединяет центрально-азиатские государства, Армению, Россию и Беларусь».

- Так белорусские солдаты не могут участвовать в конфликтах за границами Беларуси!

«Совершенно верно, но с одной стороны Беларусь готова поддержать идею создания таких коллективных сил, с другой стороны она не готова выделить свои войска».

- А как это возможно? Это же подписано уже.

«Ну, подписано, конечно, но белорусских войск там не будет. Речь идет о том, что Россия выделяет одну воздушно-десантную дивизию и одну штурмовую бригаду ВДВ. Одну бригаду должен выделить Казахстан и сравнительно небольшие части будут выделены другими центрально-азиатскими государствами. Я повторяю, что это силы, которые фактически будут действовать в регионе Центральной Азии, и только там».

- Для чего это понадобилось?

«Как я думаю, здесь есть несколько моментов. Во-первых, страны Центральной Азии озабочены тем, что ситуация в Афганистане довольно сложная, и перспектив быстрой победы над талибами нет, а может быть вообще не будет. Это очень сложная проблема. Сказать, как будут развиваться события в Афганистане, никто не может. На всякий случай, эти силы могут пригодиться, если мы будем предполагать возможность вторжения, как это было в начале десятилетия, экстремистких группировок из Афганистана в Центральную Азию. С другой стороны, возникает предположение о том, что эти силы могут понадобиться некоторым центрально-азиатским режимам, чтобы справиться с внутренними волнениями, справиться с выступлениями недовольных оппозиционных группировок. И это тоже нужно принимать во внимание. И, наконец, Россия заинтересована в том, чтобы, создавая такие силы, позиционировать себя, как это принято говорить, в качестве достаточно мощного игрока на центрально-азиатской сцене.