«Они хотят получать чешское гражданство, но при этом войну называют "СВО"»
«Свои проблемы решим потом, а сейчас надо делать всё, чтобы помочь Украине», – считает Виктория Ручкина, главный редактор журнала «Русское слово», ставшая недавно членом Совета чешского правительства по национальным меньшинствам от русского меньшинства.
Острым для русской диаспоры вопросом остается поправка, принятая чешским парламентом вместе с новой редакцией Закона о защите украинских беженцев Lex Ukrajina-7. Поправка увязывает предоставление чешского гражданства с отказом от российского паспорта. Ограничения для граждан РФ были введены Чехией на фоне продолжающегося российского вторжения в Украину.
Инициатива «Мы Люди» (Jsme Lidé), ранее составившая петицию протеста против поправки, сообщила о подаче жалобы в Конституционный суд.
Виктория Ручкина комментирует ситуацию.
– Что вы можете рассказать о Совете, и что входит в ваши задачи?
– Да, в Чехии существует Совет правительства по вопросам национальных меньшинств, во главе которого стоит председатель правительства, то есть в данном случае Петр Фиала, а также его заместители и представители всех официально зарегистрированных национальных меньшинств.
– Сколько насчитывается в Чешской Республике зарегистрированных национальных меньшинств?
– Это четырнадцать меньшинств. Несколько языков обладают в Чехии особым статусом – это словацкий, немецкий, польский. Также в число меньшинств входит вьетнамская, белорусская, украинская диаспоры и так далее. Всю информацию можно найти на сайте. До меня от русского национального меньшинства представителями в Совете в разные годы были Евгения Чигалова, Игорь Золотарев, Алексей Келин. Совет занимается вопросами, связанными с национальными меньшинствами.
– Имеются в виду люди, которые принадлежат другому народу и имеют чешское гражданство?
– Да, то есть собственно национальным меньшинством официально являются люди, у которых есть соответствующие национальные корни – это могут быть бабушки и дедушки, как, скажем, у Алексея Келина и Евгении Чигаловой, у которых сюда приехали еще родители, а сами они родились уже здесь. Членами Совета могут быть и люди, здесь не родившиеся, как, например, я. То есть чешский гражданин, имеющий некие национальные корни и желающий эти самые корни каким-то образом поддерживать и развивать.
– Какие вопросы вы планируете рассматривать?
– В этом году пока было только одно заседание Совета правительства. Вопросы, которые обсуждаются, связаны с жизнью и деятельностью национальных меньшинств. Выступая там, я, когда представлялась, сказала, что в нынешних условиях, как это ни парадоксально, но главной темой в условиях той варварской войны, которую Россия ведет против независимой Украины, всегда должна быть Украина. Свои проблемы решим потом, а сейчас надо делать всё, чем мы можем помочь Украине. Эта тема должна не сходить с повестки вообще никогда.
– Вы рассматривали на Совете вопрос заморозки предоставления чешского гражданства обладателям российского паспорта?
– Наше собрание прошло еще до введения ограничения, а с тех пор мы еще не собирались.
– Эта проблема больше всего тревожит сейчас русскую диаспору. Вы можете как-то прокомментировать ситуацию? Вы планируете вынести этот вопрос на обсуждение?
– Я думаю, что этот вопрос будет поставлен. Мое личное мнение может быть для кого-то не самым приятным. Я не уверена, что категорически против этого решения чешского правительства в нынешних условиях, когда, повторяю, Россия ведет чудовищную войну против соседней страны, когда Россия наполнила своими шпионами и агентами влияния всю Европу. Что происходит, мы видим и на журналистских примерах.
Ни у кого из нас на лбу не написано, что мы не путинские агенты. Да, конечно, это плохо, что всех причесывают под одну гребенку, что никто не может [получить чешский паспорт].
Однако, на мой взгляд, процедура получения российскими гражданами чешского гражданства в нынешних условиях однозначно должна отличаться от условий предоставления гражданства представителям других стран – если хотите, назовите это дискриминацией. Например, я морально готова, что, если меня вызовут в Министерство внутренних дел, я буду отвечать за свою позицию, за свои слова.
Когда русские люди здесь действительно хотят получить чешское гражданство, говорят: «Мы не матрешки», но при этом войну называют СВО… Извините, называйте войну СВО в другой стране, не здесь. Здесь война называется словом «война».
– Совет будет выслушивать точку зрения авторов петиции?
«Не желать учить язык, не желать жить по законам этой страны и требовать чешский паспорт?..»
– Я думаю, что их можно будет пригласить. Проблема в том, что в большинстве своем они еще и по-чешски не говорят, а в Совете рабочий язык – чешский.
Да, некоторые члены Совета говорят по-чешски с акцентом, включая меня, и представители вьетнамского национального меньшинства, да и в целом большинство тех, кто родился не здесь. Но мы все друг друга понимаем. Не желать учить язык, не желать жить по законам этой страны и требовать, чтобы тебе дали чешский паспорт?..
– Но иностранцы, желающие получить чешское гражданство, в любом случае, должны сдать языковой экзамен. Если они его не сдадут, то не смогут получить паспорт.
– А вы видели этот экзамен? Вы видели эти тесты? Я сама их сдавала. Уровень третьего класса. Но дело не только в этом. На мой взгляд, дело именно в том, что правительство Чехии, Чешская Республика занимает четкую и однозначную позицию в этом вопросе [войны в Украине]. Почему вы хотите быть гражданами этой страны, если вы не разделяете ее позицию? Я уже не говорю про реальных шпионов и агентов.
– Вопросы отношения к Украине можно включать в собеседование на гражданство.
«Я из тех, кто ощущает коллективную вину, и готова за нее платить»
– Поэтому я и считаю, что должна быть какая-то иная процедура. Должно проводиться собеседование, задаваться четко поставленные вопросы, а, кстати, заодно и уровень языка можно проверить. Это разумно, потому что действительно я знаю много людей, которых мне очень жалко, которые прожили здесь по 15 лет, честно работают, честно платят налоги, зачастую выше, чем многие чехи, участвуют во всех протестных антироссийских акциях, а теперь не могут получить гражданство.
Но, если угодно, наша общая расплата. То есть, я из тех, кто ощущает коллективную вину, и готова за нее платить.
