Пивные кружки из чешского стекла вернулись в рестораны спустя десятилетия благодаря дизайнерам
В мировом масштабе Чехию без колебаний можно назвать пивной супердержавой. По информации Чешского статистического управления, каждый чех ежегодно выпивает 130,5 литров пива в год. И, конечно, попивая пиво в ресторане из поллитровой кружки, у человека не возникает никаких сомнений, что в руке он держит бокал из не менее знаменитого в мире чешского стекла. Но до сих пор это было не так. Лишь сейчас бокалы из прессованного чешского стекла возвращаются в местные рестораны, причем – в дизайнерском исполнении.
Оказывается, пивные кружки, которые мы держим в руках, попивая чешское пиво, вовсе не чешского производства. Почему? По вполне прагматичным причинам – оказалось, что их дешевле привозить из-за рубежа, нежели отливать в Чехии. Причем дело обстоит таким образом уже несколько десятилетий. Невероятно несправедливым посчитал этот факт профессор Михал Фронек, возглавляющий Мастерскую продуктового дизайна Высшей школы прикладного искусства – ведь Чехия – это не только пивная держава, но и стекольная. Исправить эту обидную несправедливость он решил поручить молодому поколению – своим студентам. Так на свет появились два варианта пивных кружек из прессованного стекла, которые уже сегодня можно встретить в некоторых пражских ресторанах. О том, как родилась эта идея, Михал Фронек рассказал в интервью Radio Prague International.
«Сейчас говорят, что поллитровые кружки из чешского стекла отсутствуют в ресторанах с 2009 года. На самом деле, куда раньше – примерно с 90-х годов ХХ века, хотя, возможно, те старые поллитровые кружки в ресторанах еще какое-то время были. В общем, речь идет о технологии – о прессованном (литом) стекле, которое нужно производить в огромных количествах. А поскольку сегодня существует потребность в том, чтобы даже небольшие пивоварни или разные бренды имели свои индивидуальные формы и дизайн, стала возникать проблема. Поэтому уже в 90-е годы появилась конкуренция из Германии, которая была способна поставлять отдельным пивоварням и брендам их индивидуальный дизайн. Но из-за этого производство переносилось в Германию, а негибкие чехословацкие, а позже уже чешские компании в большинстве случаев обанкротились. Это означает, что прессованное стекло, которое идеально подходит для пива, фактически перестало существовать. Прессованное стекло хорошо тем, что оно немного толще, а значит, чуть дольше удерживает холод. Потому что качественное пиво – это не только санитарная сторона – то, как его разливают через трубки или как его изначально производят, но и то, чтобы затем оно как можно дольше сохранялось прохладным. То есть, чтобы в итоге остаток пива не приходилось допивать теплым, нагревшимся и выдохшимся».
Как рассказал Михал Фронек, Высшая школа прикладного искусства (UMPRUM) является ведущей институцией в своей области в Чехии. Она специализируется на прикладном искусстве, дизайне и архитектуре, а также занимается фотографией, модой и другими дисциплинами. Именно поэтому проекты и заказы, которыми школа на протяжении длительного времени занималась или которые сама инициировала, даже если они не носили коммерческого характера, всегда отличались высоким профессиональным уровнем.
При этом UMPRUM – это не просто учебное заведение и не набор отдельных мастерских, создающих работы по исключительно академическим заданиям, оторванные от реальных потребностей. Школа, по словам профессора Фронека, умеет находить темы, которые актуальны и востребованы, будь то в социальной сфере или в промышленности. Речь идет о задачах, которые «витают в воздухе» и требуют осмысленного решения.
В данном случае важную роль сыграло тесное сотрудничество с гастрономической группой Ambiente, которая в Чешской Республике управляет большим количеством ресторанов и пивных высокого уровня. Благодаря постоянному контакту стало ясно, что у ресторанного бизнеса существует потребность в индивидуальном, фирменном стекле. Этот вопрос обсуждался как с крупными брендами, такими как Pilsner Urquell, так и с небольшими пивоварнями, например пивоварней Matuška. Кроме того, ситуация была хорошо известна и на примере Каменицкой пивоварни, за деятельностью которой Михал Фронек наблюдал на протяжении долгого времени.
Анализ показал, что стекольные заводы, ранее производившие подобное пивное стекло, со временем обанкротились. В результате на рынке доминировала продукция немецких фирм, которая при этом изготавливалась уже за пределами Германии – в Турции или других странах. Такая ситуация, как вспоминает Михал Фронек, вызывала профессиональное раздражение, особенно с учетом того, что стекло является важной частью области прикладного искусства и дизайна.
Именно поэтому началось активное обсуждение с производителями стекла, в ходе которого стало ясно, что путь к возрождению этой технологии и созданию индивидуального пивного стекла все же существует.
«Как я уже говорил, мы не хотели рассматривать это как академическое задание, при котором студенты, максимально используя креативность, просто создавали бы фактически что угодно. Мы довольно сильно ограничили их самой технологией, которая задана. Предварительно мы посетили пивоварню Pilsner Urquell, которая сегодня принадлежит японской компании Asahi, а это действительно фирма с огромной историей и с чрезвычайно совершенной технологией. Таким образом, мы прошли весь процесс целиком – от производства и разлива до того, как его следует подавать людям. То есть это действительно не был просто поверхностный дизайн, рассчитанный на эффект. И, разумеется, мы сразу привлекли к этому и стекольные компании, которые могли бы производить кружки, и они довольно жестко обозначили нам границы, в рамках которых мы можем двигаться с нашей креативностью».
«Важным аспектом, например, является вес, потому что при прессовании используется такой внутренний элемент, который должен иметь определенные углы, чтобы изделие можно было извлечь из формы. И, соответственно, если с внешним корпусом, который вы формируете по-своему, немного переборщить, то вес потом становится невозможным для ресторанной эксплуатации – чтобы, например, можно было носить сразу несколько штук. Я также считаю, что спроектировать поллитровую кружку – это не ракетная наука. Это довольно простой, элементарный объект, я бы сказал, почти задание для студентов младших курсов, но это было, определенно, интересно. Инициаторами выступили мы вместе с Томашем Карпишеком из Ambiente, который чувствовал, что необходимы эксклюзивные поллитровые кружки. К проекту также присоединился Иржи Тртик, директор компании Bomma. И мы втроем задали задание для студентов нашей мастерской продуктового дизайна».
В результате конкурса было выбрано две формы кружек. Одна – более строгая, мужская, автором которой стал Яхим Кубу. Форма другой, напротив, более «женская», с закругленной нижней частью. Ее создала Тереза Благова. Было ли так задумано с самого начала?
«Мы к этому так не подходили. Действительно, после того как студенты сделали презентации и красиво все установили в школе, в рамках клаузурной выставки в UMPRUM, мы пригласили туда представителей Ambiente и ожидали, что придет, например, владелец Томаш Карпишек или какой-нибудь эксперт по розливу пива, вроде Луции Янечковой. Но в итоге пришло около тридцати человек, так что интерес был огромный. Презентация длилась примерно полтора часа, и каждый студент из этих двух десятков проектов представил свой вариант. Так что, я бы сказал, я увидел там колоссальную, по-настоящему колоссальную энергию, которую в это вкладывали все стороны. Но никакого замысла сделать это гендерно сбалансированным не было – это был, как говорится, «джокер»: у кого лучше, тот и победил».
«Мы не знали, что в итоге выберут два варианта, но постепенно это понимание как бы созрело: одно дело – сеть Lokál, которые по сути являются пивными, а другое – оснащение иных ресторанов, где тоже хотят иметь качественное пиво, охлажденное, подаваемое в чуть более толстом стекле. На основании этого и стали выбирать два типа бокалов. Сегодня мы уже думаем о третьем. Так что, разумеется, для отливания каждого из этих пивных бокалов придется делать новую форму – а это что-то стоит. Но при последующем прессовании каждый отдельный экземпляр получается относительно дешевым».
На пробу, как рассказал Михал Фронек, пока было изготовлено 4000 экземпляров – по две тысячи каждой формы, но полностью первая партия составит 50 тысяч кружек.
Дизайн для жизни рождается в UMPRUM
Как уже стало очевидно из вышесказанного, прикладной дизайн не заканчивает свои дни где-то на полках в мастерских, а выходит прямо к людям в повседневную жизнь. Можно ли сказать, что студенты и педагоги Мастерской продуктового дизайна определенным образом формируют современные тренды?
«Я думаю, что у нас обучение и вообще то, что мы создаем в школе вместе со студентами, охватывает действительно весь спектр данной области. Это, например, осветительные приборы, мебель, частично мы иногда затрагиваем и интерьер. Мы делали различную уличную мебель для городов, так что общее пространство, которое мы все здесь разделяем, – это то, что нас интересует. Но, как я уже говорил, мы стараемся чередовать академические задания, которые скорее, скажем так, философские или экспериментальные, с конкретными задачами для конкретных потребностей, которые есть у общества. Сейчас, например, студенты готовили, - это была инициатива кафедры дизайна, не только нашей мастерской, - медали для олимпиады детей и молодежи, потому что мы считаем важным поддерживать то, чтобы детей воспитывали в движении, а не только, чтобы они постоянно сидели у компьютеров. Мы рады, что у нас это действительно получается, что мы, по сути, реагируем на внешние потребности, можно сказать, на запросы извне, почти каждым заданием, которое у нас выполняется, даже несмотря на то, что это академические задания».
- Так что у вас создается не только «высокий дизайн», который никогда в жизни не попадет в руки обычному человеку?
«Я бы вообще не стал делить это на какой-то high-end дизайн и что-то якобы дешевое, потому что это немного ошибочное представление. Да, разумеется, студенты, когда выходят из школы и хотят себя показать, в том числе через выпускной проект, стараются сделать что-то заметное, что, возможно, можно было бы кому-то продать. Но мы стараемся, чтобы дело было не в этом – чтобы мы действительно делали вещи, которые можно использовать, и чтобы студенты умели работать со всем этим спектром изделий, о котором я говорил. У нас также очень высокая успешность: действительно, около 95% людей продолжают работать в этой сфере. Кто-то, например, может оказаться на позиции бренд-менеджера и не обязательно напрямую создавать дизайн, или в итоге работать в какой-нибудь крупной международной компании, где он становится частью всего этого механизма, всех этих шестеренок, которые крутятся в корпоративной системе. Но многие из них создают и собственные индивидуальные студии и очень успешны в профессии. Сегодня они уже наши конкуренты, потому что у меня самого студия существует уже 35 лет, и я встречаюсь со своими студентами-выпускниками на конкурсах – и должен сказать, что иногда они меня побеждают».
- Как бы вы оценили в целом сегодняшний чешский дизайн?
«Я думаю, что нам, возможно, немного не хватает уверенности в себе, но при этом есть много людей, которые именно из нашей мастерской сумели пробиться за границей. Очень заметной была и остается, например, Луцие Колдова, которая много работала с компанией Brokis – это действительно небольшая фирма, но сегодня она действует практически глобально, по всему миру. Есть много людей из нашей мастерской, которые работают, например, для компании Lasvit и находятся в Нью-Йорке, Лондоне или в Азии и там выполняют заказы, которые требует рынок. Но есть и те, кто работает, скажем, в сфере здравоохранения. Филип Штрайт спроектировал, целый ряд медицинских вспомогательных средств и оборудования. Так что за время моего преподавания в UMPRUM это уже несколько десятков людей, которые заметно заявили о себе и на европейской сцене дизайна и архитектуры, что, я бы сказал, является большим успехом нашей школы как институции».
