Почему министр отпустил катарского принца

Министр юстиции Павел Немец (Фото: ЧТК)

Дело катарского принца, обвиненного в Чехии в растлении малолетних, вновь оказалось в центре внимания. Однако на этот раз следственные органы будут интересоваться не принцем, который уже давно отдыхает на родине, а чешским министром юстиции Павлом Немцем.

Министр юстиции Павел Немец (Фото: ЧТК)
Именно по инициативе министра юстиции в Чехии было прервано судебное разбирательство, и принц и его досье были переданы в катарский суд. Все было сделано несколько нестандартным способом.

Как правило, суд проходит в той стране, где обвиняемый совершил преступление и только после приговора его отправляют на родину для отбывания наказания. Хорошо известны случаи наркоторговцев, арестованных в Таиланде. Они были сначала осуждены таиландскими судами, и только после этого начались длительные переговоры об их переводе в чешские исправительные учреждения. Но чешское государство должно было заручиться, что осужденным не будет наказание ни отменено, ни снижено.

В случае с арабским принцем все было по-другому. Пражский суд не успел завершить разбирательство, министр юстиции срочно отправил принца домой. Судья и прокурор возмутились, но Верховный суд подтвердил, что министр вправе принимать такие решения. Министр юстиции Немец впоследствии добился отставки генерального прокурора Марии Бенешовой. Вряд ли он тогда ожидал, что новый человек на посту генпрокурора, Рената Весецка, через несколько месяцев вновь поднимет этот вопрос и прикажет своим подчиненным проверить правомерность действий министра. Позиция министра Немца теперь тяжелее, чем раньше. Во-первых, журналисты сообщили о его тайных переговорах в Катаре. Во-вторых, в Катаре до сих пор не было возбуждено уголовное дело по чешскому обвинению.

К ответу призвал министра и премьер-министр Пароубек. Говорит пресс-секретарь правительства Луция Оргоникова:

«Господин Немец сообщил премьеру Пароубеку, что единственной причиной, почему в Катаре не принимаются никакие меры в отношении принца, является факт, что пока все материалы дела не были переведены с чешского на арабский».