Пресса

r_2100x1400_radio_praha.png

Передовицы всех центральных чешских газет сегодня посвящены теракту в Москве. Газета «LIDOVE NOVINY» отдала целую полосу под полемическую дискуссию на тему: «А кто на самом деле террорист – чеченцы или Россия?».

Передовицы всех центральных чешских газет сегодня посвящены теракту в Москве. Газета «LIDOVE NOVINY»отдала целую полосу под полемическую дискуссию на тему: «А кто на самом деле террорист – чеченцы или Россия?». Председатель комитета иностранных дел чешского Сената Михал Жантовски в своей статье «Изменчивые образы дьявола» пишет о том, что чеченских боевиков, в принципе, можно понять. Им даже можно симпатизировать до тех пор, пока они борются за независимость на своей территории, вступая в противостояние с русской армией. Но в тот момент, когда в этот процесс вовлекается общественность, как произошло в московском театре, борцы за независимость превращаются в террористов, которые теряют право на уважение и понимание.

Один из читателей газеты, также принявший участие в дискуссии, приходит к выводу, что правда лежит где-то посередине. Российская армия своими «ковровыми бомбардировками» как зверей загнала чеченцев в норы, и теперь им просто нечего терять. Самое печальное, отмечает читатель, что страдают, как всегда, невинные люди – жители Грозного с одной стороны и заложники боевиков в театре – с другой.


Газета «MLADA FRONTA DNES»возвращается к жестокому убийству католического священника в Дубе над Моравой. Во вторник 75-летний ксендз был найден у своего дома зарубленный топором. Задержанный по подозрению в убийстве 28-летний мужчина признался в совершении преступления. «Я хотел видеть кровь, и поэтому хотел кого-нибудь убить», - заявил обвиняемый на допросе. Полиция продолжает проверять, не является ли мотивом убийства склонность задержанного к сатанизму. Известно, что в начале 1990-х годов он с компанией друзей совершил нападение на другого священника, а, кроме того, за разрушение 20-ти надгробных памятников и крестов на кладбище был приговорен к тюремному заключению. Обвиняемый не отрицает, что не переносит церковь, но, тем не менее, обвинения в сатанизме отвергает.