Рыночная экономика или социальное государство?

r_2100x1400_radio_praha.png

Продолжаем программу Радио Прага, в студии Елена Патлатия. Сегодня тема нашего разговора: может ли государство с рыночной экономикой быть социальным государством?

В годы социализма часто звучала фраза о социальном государстве как тождестве социалистического государства, а, следовательно, – в перспективе – коммунистического. Капиталистические государства с рыночной экономикой представлялись, как государства, где царит закон джунглей, – выживает сильнейший. Потом наступил этап перестройки и пришел переходный период. Период перехода социалистической экономики на рыночные отношения. Казалось бы, вот бы оставить завоевания социалистической экономики, улучшив их достоинствами рыночной! Но не получилось. Закон джунглей каждый житель бывших соцстран испытал на себе, кто-то в большей мере, кто-то в меньшей. И Чехия, в конце девяностых годов, бросив социалистическую, плановую экономику, принялась строить себе рыночную.

Весной этого года, когда европейская комиссия оценивала состояние экономик кандидатских стран, о Чехии было сказано, что ее экономика может считаться рыночной. Вот у соседей – поляков и венгров – она уже рыночная, а у чехов – только считается. Правительство тогда очень обиделось. Да и не только правительство, весь народ. Сколько в газетах писали! Может быть, и правда виновато социально-демократическое правительство, провозглашающее идеи социального государства? Может быть, строить рыночную экономику и социальное государство одновременно все равно, что гнаться за двумя зайцами? Главным пропагандистом идеи социального государства в Чехии является министр труда и социальных дел Владимир Шпидла. Поэтому мы и обратились к нему с вопросами на эту тему.

И в годы социализма в Чехословакии люди жили на хорошем уровне. Нельзя сравнивать быт чехословацкой и советской женщины. Можно ли сказать, что уже тогда Чехословакия была социальным государством?

«Коммунистическая Чехословакия была достаточно развитой, имела элементы социального государства, но не была им, так как не была демократической республикой».

Не могли бы Вы подробнее объяснить, что Вы имеете ввиду?

«Ну конечно, ведь социальное государство невозможно без демократии. В основе социального государства лежит принцип безопасности, определенной меры безопасности. А если там перемещаются какие-то непредсказуемые тоталитарные элементы, то это уже не социальное государство. Социальное государство – это не бесплатное образование и тоталитаризм. Социальное государство – это такое, которое предоставит всем, кто захочет, возможность получить образование, если конечно, у них есть способности и эти люди не отторжены от общества по социальным причинам. Каждое государство это решает по-разному: где-то это бесплатное образование, есть и другие модели. Но главное – демократия, потому что тоталитарный режим – это опасность. Демократию и социальное государство нельзя разделить».

Хорошо, а как же сюда вписывается рыночная экономика, закон жестокой конкуренции: выживает сильнейший?

«Существует различие между рыночной экономикой и рыночным обществом. Человеческое общество до сих пор заложено на том, что есть определенные ценности, которые не продаются. Просто это не те товары, которые могли бы идти на биржу. То есть, нет противоречия между рыночной экономикой и социальным государством».

Что такое, тогда, рыночная экономика?

«Рыночная экономика – это продукт цивилизации. Это продукт определенной системы, которая заложена на том, что я бы назвал «отчуждением». Она развивается там, где человек отчужден от других людей, то есть, освобожден от человеческих отношений. И таким образом он становится производительной силой».

Это уже Маркс.

«Да, это Маркс. Но там, где существуют «неотчужденные» люди, где существуют традиционные отношения, там никакой приличной рыночной экономики нет. Рыночная экономика нуждается в том, чтобы люди передвигались свободно, как производительный фактор.

Если сейчас выясняется, что Ньютон в чем-то ошибался, а в чем-то нет, то, что касается Маркса, в вопросах глобализации, я думаю, он является аналитиком, идеи которого сохранили свою ценность. А то, что рыночная экономика требует освобождения от традиционных отношений и определенную меру отчуждения – это очевидно».

В чем это очевидно?

«Повторяю, это продукт цивилизации. Тем, что отношения были разорваны, был создан простор для рыночной экономики. Для чешского государства была ключевой отмена крепостного права. После того, как было отменено рабство, стал развиваться капитализм. Так что это – первое условие».

А что является вторым условием?

«Перераспределение. Ни одно из государств, где сегодня можно прилично, достойно жить, не выходит за рамки основных понятий социального государства. То есть, проходит выразительное перераспределение. Большая часть средств протекает через общественные ресурсы. Эти общественные ресурсы находятся под демократическим контролем. Они используются с целью снизить противоречия в обществе и усилить внутреннее единство в обществе. А также открыть людям доступ к тому, что считается основными цивилизационными ценностями. Это, например, образование, качественное медицинское обслуживание или, например, достойная жизнь в старости. Так что в противоречии это не находится. Это сложное равновесие. Социальные государства не находятся в противоречии с рыночной экономикой. И можно сказать, что в сегодняшнем мире конкуренции социальные государства – самые успешные».

Вы можете привести пример?

«Например, Швеция. Это государство, которое значительно перераспределяет. Несмотря на это, по темпам экономического роста Швеция находится на третьем месте в мире. Это, несомненно, успех. Например, в чешской политике стояла проблема: купить ли шведские истребители. Подумайте, государство с населением в восемь миллионов, способно создать первоклассное боевое оружие, которое могут производить только державы. Одно из самых социальных государств мира имеет такой технический потенциал, что способно конкурировать США, России, Франции».

Почему?

«Потому что основной чертой социального государства, которая помогает ему выстоять в конкуренции, является то, что оно правильно использует человеческий капитал своего народа. А использует потому, что есть творческий потенциал. А творческий потенциал есть потому, что государство предоставляет гражданину необходимую меру уверенности и безопасности. А это знали еще древние римляне, хотя о социальном государстве того еще знали мало. Они говорили: когда поют пушки, музы молчат. Что такое война – это экстремально опасная ситуация. В экстремально опасной ситуации вы не способны творить. То есть, если общество становится для человека слишком опасным и слишком стрессующим, то, как единое целое, такое общество потеряет способность к творчеству и неспособно в современном мире, который основан на способности к творчеству и инновациям, быстро развиваться. Социальное государство в этом отношение является колодезем богатства. Это ошибочное мнение, что оно только перераспределяет и остается пассивным. Именно тем, что оно предоставляет гражданам определенную меру безопасности, оно дает возможность людям сосредоточится на творчестве. А не только на том, как спасти свою жизнь».

Общество знало уже много красивых и благородных идей. Крах одной из самых благородных – о всеобщем равенстве и братстве – показал опасность их претворения в жизнь. Может быть, поэтому сегодня в Чехии многие с большим недоверием относятся к идее создания социального государства. После сорока лет социализма словосочетание «социальное государство» в ушах некоторых звучит как синоним слова «утопия».

Например, где взять деньги на реализацию социальных проектов, которые бы поддерживали у граждан ощущение безопасности, когда госбюджет давно трещит по швам? Где взять уверенность, что созданными заново общественными резервами не будут злоупотреблять, не будут их разворовывать? Почему тот, кто здоров, полон сил, и трудится, не покладая рук, должен дотировать тех, кто не в состоянии позаботиться о себе сам, и какая разница, почему? Знаем, проходили! Уравниловка! – опять махнут они рукой. А как узнать, что при переходе на рыночную экономику общество само не превратилось в рыночное?

Нам было бы интересно узнать ваше мнение на эту тему, дорогие слушатели. А в одной из следующих передач мы представим вам два оппозиционных проекта реформы пенсионной системы. Нашим собеседником вновь будет министр труда и социальных дел Владимир Шпидла.

Автор: Елена Патлатия
аудио