Трижды посол России в Чехии оставил Праге книгу воспоминаний

r_2100x1400_radio_praha.png

Трудно было бы найти другого посла, которому выпал столь редкий жребий как Александру Лебедеву – не выходя из своего кабинета, он успел побыть в трех ипостасях: советского посла в Чехословакии, потом российского посла в ЧСФР и - под занавес прошлого века - российским послом в Чехии. Последний период пришелся, кроме прочего, также на «бархатный» развод Чехии со Словакией, о котором бывший глава посольства РФ в Праге вспоминает в только что вышедшей в чешском издательстве книге. Она охватывает период с 1918 по 90-ые годы, и автор напоминает о ключевых событиях в истории обоих государств.

Главы книги под названием «Посол вспоминает» сродни перекресткам истории: «С февраля 1948 до Пражской весны 1968», «Влияние горбачевской перестройки на Чехословакию», «Бархатная революция и Москва» и «Августовский договор», в которой Лебедев возвращается к событиям, предшествовавшим августовскому путчу 1991 года и обернувшимся еще одним исключительным фактом в биографии дипломата. Борис Панкин, посол СССР в Праге, и Александр Лебедев, бывший в то время первым секретарем посольства, отказались подчиниться путчистам, хотя тогда путч имел шансы на победу.

Атмосфера презентации книги напоминала прощальный взмах белого платка на вокзале; Александр Лебедев через несколько дней возвращается из Праги, где пробыл 12 лет, в Москву. Крестным отцом издания мемуарного характера стал экс-премьер Чехии Милош Земан.

«Нет, ты не уезжаешь, потому что ты остаешься посредством своей книги, это самое главное. Наше физическое лицо исчезает, как вы видите у меня и у многих других, которых я не буду упоминать, но что касается наших продуктов, они остаются. В некоторых случаях это несчастье, но в твоем случае, Саша, это твоя прибыль и польза. Всего хорошего всем счастливым пенсионерам, и я очень рад, что имел случай встретиться с русскими – не с советскими, а с русскими послами как со своими друзьями».

Вопрос политическому обозревателю и журналисту Яну Петранеку, переводчику мемуаров Александра Лебедева.

- В этом случае, мне кажется, тебе пришлось занять позицию примирительную, потому что ты выступал в роли переводчика, однако сам ты очень хорошо осведомлен о событиях тех лет. Не возникало ли у тебя внутренних противоречий в процессе работы над переводом?

«Я рассматривал все факты как что-то из далекого прошлого, как будто бы я рассматривал события из 19-го или 18 века. Этого требует профессия журналиста, который не хочет ошибаться и не хочет поддаваться эмоциям. И мне кажется, что мне это удалось. Александр Лебедев - автор, дипломат и опытный журналист, но все-таки в этой книге превалирует дипломатический язык и даже некоторые места, которые, видимо, самому автору казались жгучими, были иногда слишком дипломатически сформулированы, очень строго, что-то несгибаемое. И тогда я звонил, и он во всех случаях – мне кажется, их было шесть или семь – всегда откликнулся. Понял, что я как переводчик хочу, чтобы на чешском это звучало как хороший разговорный язык и текст с большим юмором. И так нам вместе это удавалось. Мне кажется, что книга, в целом, удалась».