Вильгельм Стейниц – шахматный король из Пражского гетто
На здании философского факультета Карлова университета со стороны Широкой улицы можно увидеть мемориальную доску с портретом высоколобого человека с окладистой бородой. В 1836 году на этом месте стоял дом, в котором жила бедная многодетная еврейская семья Штайниц. В ней появился на свет первый чемпион мира по шахматам.
Из тринадцати его братьев и сестер выжила лишь половина, да и сам Вильгельм родился болезненным ребенком, а из-за того что одна нога с рождения была у него короче другой, ему всю жизнь пришлось ходить то с палкой, то с костылем. При этом мальчик прекрасно учился, особенно преуспевая в математике, а еще любил наблюдать, как его отец играет в шахматы со знакомым раввином. Йозеф Лазарь Вольф Штайниц мечтал, что его сын, прекрасно знавший Талмуд, тоже когда-нибудь станет раввином. Но сын постиг другие тайны, войдя в историю как гениальный шахматист Вильгельм Стейниц.
В школе, когда Вильгельму было лет двенадцать, он начал играть в шахматы с одноклассником. Настоящая шахматная доска была школярам не по карману, и они вырезали фигурки из древесины для растопки печей, а квадраты начертили на листе бумаги. Каждый вечер Вильгельм смотрел, как играет в шахматы их школьный учитель. Однажды партнер преподавателя не пришел, и учитель позволил ученику сесть с ним за доску. Стейниц выиграл все партии. Потом он обыграл и всех других взрослых, а лучший шахматист Праги с трудом отразил атаки мальчишки.
Вильгельм будет с триумфом играть в Вене и Гаване, в Лондоне изменит фамилию на Стейниц, сразиться с лучшими шахматистами в Петербурге и Москве и скончается в психиатрической больнице Нью-Йорка.
О первом чемпионе мира рассказывает шахматный мастер, пражанин Дмитрий Плисецкий.
«Он поистине Вильгельм I – первый чемпион мира»
– Вильгельм Стейниц был первым в истории шахмат чемпионом мира. Он родился в 1836 году в пражском гетто и 21 год своей жизни прожил в Праге. Потом он переехал в Вену, чтобы учиться в политехническом институте. В 1962 году уехал в Лондон, где прожил 21 год, после чего 17 лет жил в Америке и там же умер. В 1886 году Вильгельм Стейниц сыграл первый в истории матч на титул чемпиона мира, обыграв замечательного немецкого шахматиста Иоганна Цукерторта.
– Почему про Стейница говорят, что он «закрыл эпоху романтических шахмат»?
– Он стал мастером современной шахматной стратегии. Со средних веков в мире царила романтическая комбинационная шахматная школа, то есть, грубо говоря, игроки жертвовали фигуры налево и направо, лишь бы добраться до неприятельского короля и побыстрее поставить ему мат. Но Стейниц заметил, что это имеет успех только в случае крайне неудачной защиты, и первым стал выдвигать фундаментальные основы, такие как внутренний закон шахмат, по которому можно было избегать таких атак, и, наоборот, правильным образом вести собственную атаку и жертвовать фигурами только в неизбежных случаях. Так Стейниц создал позиционную школу игры.
Он был величайшим исследователем шахмат, буквально жил ими, говоря, что шахматы захватывают человека целиком, и он должен отдавать им себя без остатка. Стейниц был одним из первых в истории настоящих шахматных профессионалов. Он зарабатывал журналистикой, писал прекрасные книги. Многие отмечают: Стейниц первым показал, что книги о шахматах могут быть интересной литературой. Но главное, он создал такие шахматные руководства, которые стали «новым заветом» для целых поколений шахматистов. Как сказал Гарри Каспаров, «вклад первого чемпиона мира в развитие шахмат сравним с великими научными открытиями XIX века, которых было немало». В нашей с Каспаровым многотомной эпопее в первом томе была глава «Вильгельм I». Он поистине Вильгельм I – первый чемпион мира!
– Происхождение Стейница не предполагало, что он достигнет таких высот – он родился в достаточно бедной среде, где не было каких-то лишних средств для обучения детей. Его можно назвать самородком?
– Безусловно. Надо сказать, что еврейская община в Праге численностью около 10 000 человек жила тогда довольно обособленно. Стейниц учился сначала в хедере – в начальной школе, а потом в частной средней школе. Причем учился очень хорошо, особенно по математике. И наблюдал за тем, как его отец играет в шахматы.
Надо сказать, что во всех европейских столицах и крупных городах шахматы уже довольно прочно внедрились в повседневную жизнь среднего слоя общества. Тогда жизнь протекала в основном в шахматных кафе. Специальные клубы стали появляться уже ближе к концу XIX века, но в середине столетия уже существовали шахматные кафе, и я уверен, что такие были и в Праге. В Вене, где потом играл Стейниц, это было специальное помещение за стеклянной перегородкой, где играли не только в шахматы, но и в карты, и в бильярд. Кстати, Стейниц блестяще играл в вист. Он поигрывал уже и в Праге и очень быстро стал обыгрывать всех.
Стейниц переехал в Вену, чтобы поступить в политехнический институт, который сейчас называется Венским техническим университетом. Это один из престижнейших вузов Австрии. Во второй половине XIX века, после революции 1848 года, все вероисповедования были в целом уравнены в правах, так что и еврей вполне мог быть принят в университет – достаточно было иметь хорошие данные об окончании школы, которые у Стейница были. Небольшую материальную поддержку ему оказывал отец.
Вильгельм снял в Вене маленькую комнату, но проучился в институте лишь один год – благополучной карьере инженера он предпочел путь профессионального шахматиста. Он начал ходить в шахматное кафе «Куропатка» и кафе «Гегель», где постоянно играли в шахматы. Очень быстро он выдвинулся в число сильнейших венских шахматистов.
– Там, как известно, играли на деньги. Высокие были ставки?
– На жизнь Стейницу хватало – он мог с этих заработков платить за свою скромную комнату, поскольку отец присылал ему очень немного. Так что Стейниц практически обеспечивал себя этой игрой. Кстати, он любил играть вслепую, не глядя на доску, что в то время было диковинкой. Стейниц предлагал отвернуться, и чтобы один или даже два партнера на двух досках будете играть против него. «Я ни разу не взгляну назад и буду только объявлять ходы», – говорил он. Он поражал публику: простой с виду парень, невысокого роста, с палочкой, прихрамывающий, с бородкой, садился спиной и обыгрывал всех соперников в кафе. Там бывала самая разная, в том числе и довольно высокопоставленная публика. То есть Стейниц быстро произвёл фурор, став очень известным шахматистом, а к 1861 году – сильнейшим шахматистом Вены.
«В Вене Стейниц как-то играл с крупным банкиром Густавом Эпштейном. Над одним ходом молодой шахматист размышлял дольше обычного. «Ну!» – поторопил его Эпштейн. Однако вскоре самому банкиру пришлось, оказавшись в сложной ситуации, надолго задуматься. «Ну!» – поторопил его Стейниц. «Сударь, не забывайте, кто вы, а кто я!» – возмутился финансист. "На бирже вы Эпштейн, а я Стейниц. А за шахматной доской Эпштейн я, а Стейниц вы", – ответил будущий чемпион»
И тут случился переломный момент в его жизни. Из Лондона пришло приглашение на крупный международный шахматный турнир – кстати, всего второй в истории. Первый был в 1851 году, а в 1862 был объявлен второй международный турнир в Лондоне. И Венское шахматное общество, конечно, делегировало туда своего чемпиона. На лондонском турнире Стейниц не слишком блеснул, заняв лишь шестое место, но сыграл красивейшую партию, которую все отметили. Эту партию назвали «бриллиантом австрийского чемпиона». С этого момента Стейниц обретает европейскую известность – о нем стали писать все шахматные журналы, которые уже тогда выходили во всех крупных странах. И он решил поселиться в Лондоне, потому что в тот момент этот город был мировой столицей шахмат. Там он вскоре женился.
– Кем была жена Стейница, и как сложилась судьба его семьи?
– Англичанка Элизабет Вибель. На момент брака ему было двадцать девять лет, а его избраннице девятнадцать. Хотя об этом не пишут, возможно, она была еврейского происхождения. Впоследствии Элизабет уехала со Стейницем в Америку. У них родилась дочь Флора, но, к сожалению, они обе рано ушли из жизни. Жена в возрасте сорока пяти лет умерла от гепатита, а отчего скончалась дочь, я точно не знаю. Стейниц очень страдал. Правда, позднее он женился во второй раз, и у него родилась дочь Юлия. Но дальнейшая судьба второй жены и Юлии неизвестна, поскольку Стейниц в 1900 году умер, и дальше всё покрыто мраком. Историки предполагают, что вторая жена переписала дочь на свою фамилию, и что стало с ними потом, никто выяснить не смог.
– И здесь мы подходим к такой теме, как психическое состояние Стейница. Говорят, что в некоторых случаях он был очень приятным и интересным человеком, но иногда совершенно невыносим в общении. Это было неким психическим заболеванием? Тем, что описал Владимир Набоков в «Защите Лужина»?
– Эта тема издавна поднималась и в шахматах, и около шахмат. Не только Набоков, но и Стефан Цвейг писал о странном чемпионе мира. Вообще-то, объективное исследование показывает, что странные люди со склонностью, так сказать, к умопомешательству в шахматах встречаются не чаще, чем в других видах умственной или иной деятельности. Стейниц был, конечно, очень тяжелым человеком. Но надо отдать ему должное – его положительным качеством было то, что он не лицемерил, всегда говорил и писал только правду, какой ее видел. Из-за этого у него было немало врагов, поскольку он никого не щадил. Болезни же у него с детства были самыми обычными.
Но когда ему уже под шестьдесят, и он играл второй матч с Ласкером, – это было, кстати, в Москве, его мозг, психика не выдержали перенапряжения. Историки пишут, что ему мерещились вокруг электроны, которые позволяют общаться на расстоянии, и что благодаря этим электронам можно играть в шахматы, даже не видя друг друга, что в конце концов он обыграет Ласкера, который отобрал у него шахматную корону, став вторым чемпионом мира. Можно сказать, что Стейниц начал бредить. В Москве после матча его положили в известную Морозовскую психиатрическую клинику. Шахматист страшно возмущался, говорил, что абсолютно нормален. Но, тем не менее, знакомые его уговорили. Через месяц он выписался и уехал и еще несколько лет более-менее держался. Но в 1900-м году его уже отправили всерьез лечиться на остров в Нью-Йорке, где находилась специальная клиника. Там и он умер 12 августа 1900 года, на самой заре ХХ века.
– Вы упомянули Москву. Какое место тогда русские шахматисты занимали на мировой шахматной сцене, и как с ними взаимодействовал Стейниц?
«Стейниц никогда не уклонялся от борьбы с сильнейшими»
– В те годы был такой замечательный русский шахматист как Александр Петров, но он умер, так и не соприкоснувшись с европейскими мастерами. В 1860-е годы, когда Стейниц жил уже в Лондоне, он познакомился с выдающимся шахматистом Шимоном Винавером, который был из Варшавы и, таким образом, являлся подданным Российской империи. Однажды Винавер сказал ему: «Обрати внимание, в Петербурге появился неимоверный талант – Михаил Чигорин». И в 1882 году в Вене Стейниц с Чигориным встретились на одном крупном турнире, сыграв со счетом один-один.
Чигорин очень приглянулся Стейницу – это действительно был огромный талант, гениальный шахматист, а мастер никогда не уклонялся от борьбы с сильнейшими. В 1886 году Стейниц выиграл первый в истории матч на первенство мира у Иоганна Цукерторта, который спустя два года умер от инфаркта. И к Стейницу обратились с вопросом, с кем бы он хотел сыграть следующий матч на первенство мира. А к тому времени Стейниц очень подружился с гаванским шахматным клубом, который предложил ему провести следующий матч в Гаване. И Стейниц назвал имя Михаила Чигорина.
И они встретились в Гаване. Более того, они сыграли там два матча. Сначала в трудной борьбе Стейниц обыграл Чигорина. А вы понимаете, сколько Михаилу Чигорину пришлось добираться до Гаваны? Он три недели плыл на корабле туда, потом три недели обратно. На Кубе была жара, на что Чигорин впоследствии жаловался. А он был, кстати, на четырнадцать лет моложе Стейница. Но Стейниц всегда подчеркивал: «Шахматист, – как генерал на поле боя, всегда должен быть здоровым». Знаменитый датский гроссмейстер Бент Ларсен говорил про своих соперников: «Мне никогда еще в жизни не удавалось выиграть у здорового соперника. Они всегда после проигранной партии говорили, что в тот день плохо себя чувствовали».
Но Стейниц подчеркивал: «Я не имею права быть больным». Хотя впоследствии в матче с Ласкером он играл уже будучи нездоровым, не жаловался, а в конце матча сказал: «Трижды ура новому чемпиону мира». Он поступил как настоящий джентльмен.
– И в Гаване Стейниц у Чигорина выиграл?
– В Гаване Стейниц выиграл и Чигорин вызвал Стейница на мини-матч по телеграфу – к тому времени у них сложились дружеские уважительные отношения. Они посылали друг другу ходы по телеграфу, когда один игрок находился в Петербурге, а другой в Нью-Йорке. Однажды Стейница даже приняли за русского шпиона, и к нему домой пришла полиция, приняв ходы за шпионский шифр. Его задержали, но вечером выпустили, разобравшись, что это шахматная аннотация – закорючки, непонятные никому, кроме самих переписывающихся. В итоге Чигорин его два раза обыграл, причем оба раза в блестящем стиле, и это стало сенсацией. Стейниц терпеть не мог таких поражений и сказал: «Я вызываю Чигорина на повторный матч на звание чемпиона». И тогда поступило два предложения. Одно опять из Гаваны, другое – от Петербургского клуба. Выбор был за действующим чемпионом, и Стейниц, которому не хотелось тащиться в Петербург, выбрал Гаванский клуб. Так что второй матч Стейница с Чигориным тоже прошел в Гаване. На этот раз Михаил Чигорин до последней партии имел шанс стать чемпионом мира, но трагически зевнул мат в два хода.
– То есть Стейниц все-таки выиграл у Чигорина и второй матч?
– Выиграл, но с колоссальным трудом. После того, как бедный Чигорин зевнул мат, получилось, что Стейниц сыграл уже четыре матча на первенство мира. И в этот момент поклонники шахмат замерли в ожидании следующего соперника. Им стал 25-летний Эммануил Ласкер из Германии. Впоследствии он бежал от Гитлера, но это уже другая история.
Чемпион и претендент встретились на матче в Америке, и Ласкер победил. Это уже был человек нового поколения, ведь Стейницу в тот момент было 58 лет, а Ласкеру – всего 25. Это колоссальная разница в возрасте, для современных шахмат просто немыслимая. Эммануил Ласкер стал самым молодым чемпионом мира и вторым в истории. Потом он в течение 27 лет будет оставаться чемпионом, обыгрывая многих соперников.
В тот момент болезнь Стейница еще не проявлялась. Он стал приезжать в Россию, и в конце 1895 года в Петербурге прошел матч-турнир четырех сильнейших шахматистов мира, на котором играли и Ласкер, и Стейниц, и новая звезда, американец Гарри Нельсон Пильсбери, и Михаил Чигорин. Это было гигантское событие: четыре сильнейших шахматиста мира того времени выясняли кто есть кто. И Эммануил Ласкер доказал, что он действительно достоин чемпионского титула, заняв первое место. А второе занял Стейниц. Это было важно в глазах шахматного мира: экс-чемпион подтвердил, что именно он может опять вновь перчатку Ласкеру. Так и произошло, уже в Москве, где нашелся спонсор. Но до этого Стейниц, не уезжая из страны, сыграл в Ростове-на-Дону матч со вторым после Чигорина шахматистом России, петербуржцем Эммануилом Шифферсом, который тоже был великолепным мастером.
Весной 1896 года Стейниц с небольшим перевесом выиграл матч у Шифферса, а в конце того же года играл в Москве матч-реванш – так называется состязание, когда бывший чемпион мира пытается взять реванш у действующего. В середине матча Стейниц почувствовал себя плохо, но доиграл до конца, проиграв с большим счетом. После этого он и попал в Морозовскую клинику. Это были первые симптомы колоссального перенапряжения.
В принципе, Стейниц всегда был готов играть – он был настоящий боец и мыслитель. Самое интересное, что впоследствии он еще сыграл в двух крупных турнирах. В последний раз в 1898 году на матче, в котором участвовали все звезды, кроме Ласкера, и занял четвертое место. После этого Стейниц вернулся в Нью-Йорк и быстро начал угасать.
– А на территории Чехии и в его родной Праге проходили подобные турниры?
– Чехия выдвинулась в число значимых шахматных стран уже в начале ХХ века. Первый крупный турнир прошел в 1907 году в Карлсбаде. Второй великолепный турнир состоялся в Праге в 1908 году. Потом опять в Карлсбаде в 1911 году. В 1920-е годы турниры уже проходили в Остраве. Чешское шахматное общество образовалось позднее, в 1870-е или 1880-е годы, когда Стейниц уже уехал. А ранее в Чехии проходили только турниры местного значения, появились первые мастера, которые, однако еще не выходили на международную арену.
Шахматные журналы возникли ближе к середине XIX века, сначала во Франции и Англии, и стали быстро развиваться, как и шахматные кафе. Всё это способствовало популярности шахматистов. Начиная с 1886 года Стейниц был абсолютной мировой звездой – шахматные журналы писали о нем с восторгом, комментировали его партии. Кроме того, книги были Стейница известны по всему миру.
– А женщины во времена Стейница играли в шахматы?
– Раскрепощение женщин в шахматном смысле по-настоящему произошло только в ХХ веке. Ранее шахматы считались чисто мужским занятием. Это чисто социальная проблема, связанная не только с шахматами, но и вообще с положением женщин в обществе на тот момент, а оно к ХХ веку стремительно менялось. Так что совершенно неудивительно, что в начале ХХ века родилась первая чемпионка мира Вера Менчик, которая, кстати, была чешкой. Но этом мы поговорим в следующей передаче.
Полностью рассказ Дмитрия Плисецкого слушайте в аудиозаписи.
