Вместо огорода – стадион, вместо бога – Марадона: история чеха, который родился аргентинцем
В отдаленном чешском поселке живет человек, чья страсть к аргентинскому футболу способна удивить даже самых преданных фанатов из Буэнос-Айреса.
Милослав «Чурби» Урбанец превратил свое жилище в настоящий музей: стены его дома украшают плакаты триумфаторов ЧМ-2022, в саду возвышается уменьшенная копия легендарного стадиона «Ла Бомбонера», а у входа гостей встречает статуя Диего Марадоны. Его личной коллекции артефактов – от автографов на футболках до редких архивных снимков – позавидует любой крупный спортивный музей.
«Я за Аргентину!»
«Без сомнений, я за Аргентину!» – уверенно заявляет Милослав.
Такой футбольный выбор кажется парадоксальным для чеха, но Чурби признается: если бы на поле сошлись сборные Чехии и Аргентины, он ни секунды не колебался бы в своих симпатиях.
В интервью Radio Prague International он рассказал, как зародилась эта удивительная любовь к латиноамериканскому футболу и почему корни этой преданности уходят глубоко в его детство.
«Я безумно люблю футбол. Сколько себя помню, всегда играл и смотрел матчи. Моя семья, дед и отец, стояла у истоков местных футбольных команд, так что этот спорт у нас в крови. Мои первые воспоминания – ЧМ-1978. Мне четыре года, я сижу перед маленьким черно-белым телевизором, а на экране бегают Марио Кемпес, Освальдо Ардилес, Даниэль Пассарелла... У них были длинные волосы, они выглядели потрясающе! Совсем не как бразильцы с их короткими стрижками.
Мой отец обожал сборную Бразилии за Пеле, Сократеса и всё то техничное поколение, но я выбрал Аргентину. Во-первых, они были похожи на Виннету – вождя индейцев с длинными волосами, который был моим главным героем детства. Во-вторых, они тогда выиграли золото. До сих пор помню, как с трибун летели горы конфетти. Победа Кемпеса очаровала меня навсегда. С этого всё и началось», – рассказывает футбольный фанат Милослав «Чурба» Урбанец.
Для чешского поклонника «Альбиселесте» каждый из трех чемпионских титулов Аргентины стал личной вехой, навсегда определившей его философию жизни.
– А в 1986-м, когда мне исполнилось 12, появился Диего. Я никогда не видел на поле игрока мощнее, эмоциональнее и более доминантного. Марадона скорее бы умер на поле, чем уступил. Это страсть не на 90 или 95%. Это страсть на всю 1000%! Либо победа, либо смерть, третьего не дано. На меня это произвело колоссальное впечатление, ведь моя собственная жизнь тоже была сложной – я вылечившийся алкоголик. Поэтому мне так близка эта философия. Чисто аргентинская история: чтобы победить, нужно пройти через страдания. Их ведь все ненавидят. Помните, как Диего кричал в камеру: "Сукины дети!", когда итальянские трибуны освистывали аргентинский гимн в финале 1990 года. Вот он – чистый, безумный напор. Иногда мне кажется, что в прошлой жизни я был аргентинцем. Я ничего не могу с собой поделать. Я всегда верю в команду, но сколько же мы страдали от ЧМ в Мексике до Катара! Как долго ждали. Когда в Дохе прозвучал финальный свисток, я просто разрыдался.
Лучший финал
Милослав оказался среди немногих счастливчиков, кому удалось живьем видеть тот незабываемый матч на стадионе. Одно лишь воспоминание о Катаре заставляет его голос дрожать, а на глаза болельщика наворачиваются слезы.
«Я безмерно благодарен судьбе за то, что был на финале в Дохе. Это было настолько грандиозно, что вряд ли подобное когда-нибудь повторится в истории футбола. Я смотрю матчи с четырех лет, но это лучший финал в моей жизни. Какое напряжение, какой накал в дополнительное время! Постоянные качели, за которыми я просто не успевал следить. Помните тот момент на последних секундах, когда Коло Муани выскочил один на один? Я сидел прямо за воротами, и это было невыносимо. Как Эмилиано Мартинес вытащил этот мяч... настоящее чудо! А серия пенальти... Послушайте, я был в таком трансе, что даже не осознал, какой удар стал решающим. Когда Гонсало Монтиель пошел бить, я думал, что впереди еще несколько ударов. Он забил, и только через пару секунд, когда вокруг меня все начали безумно прыгать и кричать, до меня дошло: мы победили! Я просто разрыдался. Это было безумие», – вспоминает Милослав Урбанец.
Драматичный финал 2022 года, в котором Аргентина вырвала победу у Франции, стал искрой, разжегшей страсть чешского болельщика с новой силой. Вернувшись из Катара, Милослав Урбанец решил увековечить эту историческую веху: он расписал фасад своего дома огромным граффити-панно с изображением триумфаторов чемпионата. Пожалуй, на такой экстравагантный жест решился бы далеко не каждый фанат даже в самой Аргентине.
– Я нанял одного из лучших граффити-художников в округе – настоящего мастера фресок и портретов, который зарабатывает этим на жизнь. Мне пришлось очень долго ждать, пока у него наконец появилось время приехать ко мне. Недавно я попросил его дорисовать Лионеля Скалони. Я считаю, что мы обязаны главному тренеру абсолютно всем: он сплотил нацию, объединил команду и создал невероятный, монолитный коллектив. Теперь на стене моего дома увековечен весь чемпионский состав, включая тренерский штаб и запасных. Каждый день я выхожу во двор, смотрю на фреску и перечитываю эти имена: здесь и ассистенты, и тренер вратарей, и Вальтер Самуэль, и мой любимый Пабло Аймар. Подобные безумные идеи рождаются в моей голове постоянно. К примеру, на заднем дворе у меня раньше было настоящее болото. Я решил эту проблему радикально – осушил его и построил на этом месте точную копию стадиона «Ла Бомбонера». Теперь это моя собственная, частная футбольная арена – мини-поле, где мы с друзьями можем погонять мяч.
Помимо безграничной любви к сборной, Милослав предан легендарному клубу «Бока Хуниорс». Он искренне считает себя частью «Игрока №12» –знаменитого фанатского движения клуба. И хотя Чурби с уважением относится ко всему аргентинскому футболу, его сердце остается верным.
«Как можно болеть за команду "Мильонариос"?»
«Тут всё просто: я вырос в очень бедной семье. Я искренне не понимаю, как можно болеть за команду под названием "Мильонариос". Миллионеры ведь чаще всего наживаются на страданиях бедняков и думают только о прибыли. А вот когда ты беден, ты способен отдавать себя другим без остатка. Путешествуя по миру, я замечал: в бедных кварталах люди делятся с тобой последним и открывают тебе душу. Богачи же в это время судорожно оглядываются, боясь, что ты у них что-нибудь украдешь. Настоящий, народный футбол – это "Бока Хуниорс".
Для меня других вариантов просто нет. В таком же духе я воспитываю и своих детей – они должны помнить, откуда мы родом. Конечно, сегодня мы живем в достатке, наши условия идеальны по сравнению с тем, как жили мои родители или бабушка с дедом. Но я всегда вспоминаю рассказы бабушки. В ее доме даже не было ванной, а туалет находился на улице. Семья мылась раз в неделю, по воскресеньям, в одной и той же лохани. Сначала моя младшая сестра, потом брат, затем я, за мной мама, и самым последним – отец. Папе доставалась уже абсолютно грязная вода. Это мои корни, и именно поэтому я чувствую такую крепкую связь с простыми людьми из рабочих кварталов. Район Ла-Бока, улочка Каминито... там потрясающая атмосфера. Каждый раз, когда я туда приезжаю, я чувствую, что наконец-то вернулся домой», – говорит Чурби.
Соседи привыкли
Как к такому соседству относятся жители квартала Буковка в Пардубице? Им теперь приходится «делить улицу» не только с семьей Милослава, но и с Месси, Марадоной и всем золотым составом сборной Аргентины.
«Они уже привыкли, – улыбается Милослав «Чурба» Урбанец. – Всё началось минимум 12 лет назад, когда мы перестроили дом. Я сразу установил на фасаде мощные кронштейны и заказал огромный аргентинский флаг размером четыре на шесть метров. Он у меня до сих пор цел. Потом я стал добавлять другие баннеры. Когда мы победили в Катаре, я вообще не стал их снимать. Вот уже четыре года я кайфую от того, что мы – действующие чемпионы мира! К новому турниру я подготовил свежие плакаты, а мою машину целиком украшает гордая надпись – "Чемпионы мира". Мне плевать, что думают окружающие. Абсолютно всё равно».
Соседи Милослава его футбольного безумия не разделяют, но относятся к нему с пониманием. Окружающие знают, что эта страсть – его спасательный круг в 23-летней борьбе с алкоголизмом. Впрочем, без мелких пакостей не обходится: иногда на портреты Месси приклеивают жевательную резинку, а однажды кто-то из хулиганов баллончиком написал на его машине имя Криштиану Роналду. Но Чурби даже бровью не повел – он слишком сосредоточен на своей главной любви.
Аргентинский футбольный музей в Богемии
Сегодня фасад его дома раскрашен в бело-голубые цвета и украшен трехметровым аргентинским солнцем, которое ярко светит по ночам благодаря светодиодной подсветке. На заднем дворе выросла мини-копия легендарной арены «Эстадио Альберто Х. Армандо» или «Ла Бомбонера» с трибуной на 50 человек, портретами кумиров и газоном, выращенным из семян оригинальной травы со стадиона в Буэнос-Айресе.
Внутри дома – настоящий спортивный музей: полсотни футболок разных аргентинских клубов, раритетные выпуски культового журнала El Gráfico, шкафы с плакатами Диего Марадоны и Лионеля Месси. Стены украшают автографы Карлоса Тевеса, Марио Кемпеса, Освальдо Ардилеса, Клаудио Каниджи и Габриэля Батистуты, а также бесчисленные магниты, кружки и вымпелы. Однако среди всего этого футбольного арсенала у Милослава есть один трофей, который он без колебаний называет самым главным в жизни.
– Это фотография Диего Армандо Марадоны с автографом, сделанная во времена его легендарных выступлений за "Наполи". Мне её подарил мой голландский друг Джоб из музыкальной индустрии. Представьте: в те годы у нас здесь еще вовсю стоял "железный занавес". Чехословакия была отрезана от внешнего мира, мы не могли просто так общаться с иностранцами или получать посылки из-за границы. Тогда Джоб сам написал письмо в Неаполь и попросил прислать ему открытку с автографом Диего. Из клуба ему в ответ прислали сразу две штуки. Он бережно хранил их много лет, а около десяти лет назад сказал мне: "Слушай, я знаю, как безумно ты любишь Диего. Я хочу подарить её тебе". Вот так просто, от чистого сердца. С тех пор эта фотография хранится на самом почётном месте в моём кабинете на втором этаже. Я смотрю на неё каждый день.
Впервые в Аргентине
Милослав – человек разносторонний. Он страстно любит музыку и уже много лет организует музыкальные фестивали по всей Чехии. В его жизни (а Чурби сейчас 52 года) было несколько уникальных моментов, когда две его главные страсти сошлись воедино. Главный из них случился в 2007 году, когда он впервые прилетел в Буэнос-Айрес в качестве менеджера чешской метал-группы Isacaarum.
«Там был один парень по прозвищу Почо Метал – самый известный промоутер на местной тяжелой сцене, – вспоминает Милослав. – Он говорил на смеси испанского и английского, мы толком не понимали друг друга, но он умудрился организовать нам тур по всей Аргентине. В те годы европейские банды туда почти не доезжали, поэтому на наших концертах люди просто сходили с ума. Сам Почо жил в городке Хёрлингем с братом и бабушкой, чьё слово в доме было истиной в последней инстанции. Когда я обмолвился, что симпатизирую "Боке", Почо тут же загорелся: "Раз так, мы обязаны пойти на стадион! Я достану билеты на матч 'Эстудиантес' – 'Бока Хуниорс' в Ла-Плате". Это был мой первый живой матч "Боки". Фантастическое зрелище: Хуан Себастьян Верон против Хуана Романа Рикельме! Рикельме обращался с мячом так бережно, словно тот был отлит из чистого золота. Помню, как мы ехали по шоссе, а вокруг тянулись вереницы автобусов с фанатами. Почо предупредил: "Они сумасшедшие и опасные, держись рядом". В те времена гостевым фанатам еще разрешали посещать выездные матчи. На подходе к стадиону полиция обыскивала всех с такой пристрастностью, будто искала арсенал оружия. До стартового свистка оставалось минут десять, а кордоны контроля двигались невыносимо медленно. Аргентинцы, не желая пропускать начало матча, просто смяли полицейское оцепление и ломанулись внутрь. Мы с чешским приятелем поддались этому потоку. В какой-то момент я буквально схватил друга за шкирку и втащил за собой в проход. Прямо за нашими спинами конная полиция уже все перекрывала – мы чудом успели, нас едва не растоптали лошади. Когда мы наконец прорвались на трибуны, у меня перехватило дыхание: чаша стадиона была четко разделена на сине-желтую и красно-белую половины. Атмосфера была сумасшедшая!
"Бока" тогда выиграла 3:1, а Мартин Палермо, кажется, оформил хет-трик. Меня до глубины души поразило, что команды выходили на поле не вместе, а из разных туннелей, лицом друг к другу. А вокруг поля тянулся огромный ров с водой – глубокий, как в зоопарках, чтобы отделить хищников. Для нас, европейцев, это было дико. После победы мы вернулись в дом к Почо, и там началось настоящее безумие. Праздновали абсолютно все! Даже бабушка Почо встретила нас в футболке "Боки". На часах час ночи, на столе горы еды, на улице шум и гам. И это был самый обычный, рядовой матч чемпионата! Я сидел и думал: "Господи, неужели всё это наяву?"»
Статуя с табличкой «Бог»
С тех пор Милослав регулярно бывает в Аргентине, а его последняя поездка состоялась совсем недавно – в феврале. Вместе с семьей он отправился в Росарио, где прошел по всем знаковым местам Лионеля Месси: от пустырей, где Лео гонял мяч в детстве, до его школы и родного дома. Затем они переместились в Буэнос-Айрес, чтобы вспомнить Диего Марадону – прошли от бедных трущоб Вилья-Фьорито до стадиона в районе Ла-Патерналь, где великий испанец начинал карьеру за «Аргентинос Хуниорс». Финальной точкой стал музей Диего, где чешская семья оставила уменьшенную копию своей особой реликвии – той самой статуи Марадоны, что встречает гостей дома у Милослава.
«Чуть не забыл рассказать про эту статую, – улыбается Чурби. – Она установлена прямо у входа на мое мини-поле. В нее встроен специальный электромотор с датчиком: когда ты идешь к газону, Диего плавно поворачивается вслед за тобой. По утрам я настраиваю ее так, чтобы она смотрела прямо в окна кухни. Я пью кофе и вижу Марадону, как будто он здесь, у меня в гостях. На постаменте закреплена табличка с надписью "Бог" – всё как положено. Статуя у меня уже лет восемь. Когда Диего был жив, мы мечтали пригласить его в Чехию, чтобы он взглянул на нее. Не знаю, доходили ли до него слухи о сумасшедшем чехе... Я постоянно дорабатываю свой домашний стадион, хочу сделать его идеальным. Мечтаю когда-нибудь собрать здесь профессиональных игроков на дружеский матч. К нам и так частенько заезжают телерепортеры, ведь парень, который вместо огорода с картошкой построил на заднем дворе копию "Ла Бомбонеры", всегда привлекает внимание».
Месси или Марадона?
В вечном футбольном споре о том, кто же является лучшим игроком в истории, у чешского фаната «Альбиселесте» есть своя философия.
– Для меня сравнения Месси и Марадоны просто не существует – они играли в абсолютно разные эпохи. Диего в одиночку тащил на плечах всю сборную в 1986-м, а потом сотворил то же самое чудо в Неаполе. Но спорить об этом бессмысленно. Марадона был кумиром моего детства, а в этом возрасте ты склонен идеализировать своих героев. Поэтому мое сердце всегда выберет Диего. С другой стороны, карьера Месси, его поведение на поле, его колоссальное значение для Аргентины и для каждого, кто ценит эту игру, – это совершенно иной уровень величия. Если вы по-настоящему любите футбол, вы не будете слепо критиковать соперника, а признаете: "Да, сегодня они были чертовски хороши". Вы любите саму игру. И Лео – это и есть чистый футбол. Я не могу участвовать в этих дебатах.
Диего я видел раз в год по телевизору, будучи ребенком. А за магией Месси я наблюдал всю жизнь: смотрел сотни матчей по телевидению, летал ради него на "Камп Ноу" в Барселону и даже специально гонял в Майами, чтобы вживую застать его игру за "Интер". Их невозможно сопоставить. Сравнивать их – абсурд.
Но знаете, что самое интересное? Мои дети всегда будут называть лучшим именно Месси. И это логично. Они растут в его эпоху, видят его чудеса своими глазами и с восторгом кричат: "Вы только посмотрите, что он творит!"».
Футбольное безумие Милослава оказалось настолько заразительным, что напрямую повлияло даже на имена его детей.
«Моего среднего сына зовут Лайонел – тут споров не было, – рассказывает Милослав. – А вот с младшим вышла целая история. Даже в родильном отделении я буквально умолял жену: "Пожалуйста, давай назовем его Диего Армандо!". Она мучилась со схватками и только повторяла: "Нет, ради бога, нет, это звучит слишком карнавально для Чехии, ему это не подойдет". В итоге сошлись на Квентине – в честь Тарантино, и Николасе – в честь сэра Николаса Уинтона, спасшего сотни детей во время Второй мировой войны.
С Марадоной в паспорте не вышло, но, может быть, когда-нибудь кто-то из моих сыновей назовет так моего внука».
Футбол как изящное искусство
По мнению Милослава, нет ничего удивительного в том, что два величайших футболиста в истории планеты родились именно на аргентинской земле, где страсть к игре возведена в абсолют.
– В Аргентине в футбол играют абсолютно все, отсюда и сумасшедшая конкуренция. Если тебе удалось пробиться и засиять там – ты сможешь покорить абсолютно любую точку земного шара. Но главное в том, что аргентинский футбол – это чистое искусство. Смотреть на их игру – колоссальное удовольствие. При этом парни с утлых лет проходят через горнило дикого давления, критики и соперничества. Представьте шестилетнего пацана, которому нужно пробить решающий пенальти в Аргентине, когда на трибунах беснуются местные хулиганы. Это безумие! Когда наши чешские футболисты жалуются в интервью на "давление", мне смешно – это просто шутка по сравнению с Южной Америкой. Аргентинцы органически не умеют проигрывать. И самое важное: там любят футбол по-особому. Обычной сухой победы им всегда мало. Нужно побеждать красиво, с помощью изящного финта или скрытого паса. Нужно дарить людям шоу! Именно так делал Марадона – он играл, чтобы делать людей счастливыми. В этом и кроется колоссальная разница с Чехией. У нас часто хотят победить любой ценой, даже если ради этого придется ломать сопернику ноги. Это отвратительно».
Милослав «Чурби» Урбанец признает, что страсть к Аргентине и «Бока Хуниорс» поглощает его целиком – в его сердце просто не остается места для чешских команд.
«Мне не нравится наш местный футбол, – откровенничает Милослав. –Здешние клубы делают ставку на чистую физику: сплошная силовая борьба, стыки, беготня. На это банально скучно смотреть. Мои дети ходят на фанатскую трибуну пражской "Славии" в Эдене, поэтому иногда я выбираюсь с ними за компанию, если приезжает действительно интересный соперник. Но любимой команды в Чехии у меня нет. Единственное исключение – ФК "Пардубице". Это наш скромный местный клуб из низов, который умудрился пробиться в Высшую лигу. Для такого маленького городка это фантастический успех, их я искренне уважаю».
Впрочем, на стенах домашнего музея Чурби среди латиноамериканских звезд есть одно-единственное чешское исключение.
Это портрет Антонина Паненки с его личным автографом. Милослав с улыбкой называет легенду чехословацкого футбола «немного аргентинцем» – за ту невероятную дерзость, эстетику и изящество, с которыми Паненка исполнил свой знаменитый победный пенальти в финале Евро-1976 против Германии.
Чех с аргентинской душой, Милослав одним из первых в своей стране узнал о трагической смерти Диего Марадоны в 2020 году. Едва сдерживая слезы, он давал интервью центральным чешским телеканалам, рассказывая соотечественникам о бурной, трагичной и великой жизни легендарной «десятки».
«Я счастлив, когда наблюдаю его магию на поле»
Милослав немного жалеет, что из-за бешеного темпа жизни так и не нашел времени досконально выучить испанский язык.
А на вопрос о том, что бы он сделал, если бы судьба когда-нибудь свела его лицом к лицу с Лионелем Месси, Чурби дает поразительный ответ:
«Меня часто спрашивают, мечтаю ли я о встрече с Месси. На самом деле – нет. Зачем мне его донимать? Его и так караулит весь мир, от него постоянно все чего-то хотят. Мне вполне достаточно того, что я просто живу с ним в одну эпоху. Я счастлив видеть его магию на поле, и мне безумно нравится, что в жизни он остается простым, приличным, семейным человеком – точно таким же, как и я сам. Искать с ним встречи нарочно было бы эгоистично и невежливо. Вот если бы Лео сам захотел приехать в Прагу и чисто случайно заглянул ко мне на чашечку кофе – это было бы настоящим чудом. Но навязываться великим я никогда не стану».
