Жестокие дети

Около шестисот тысяч детей стало в Чехии жертвой детской дедовщины. Это данные специалистов - психологов и педагогов, которые бьют тревогу: детская дедовщина расширяется, как эпидемия. Понижается возраст малых агрессоров и повышается их жестокость.

Начало бывает невинное и почти незаметное. Дети просто так, ради развлечения, спрячут чьи-то тапочки, отберут у кого-нибудь полдник. Потом заявляют своей жертве: «Дай 10 крон, или мы тебя побьем». В первом классе требуют десять крон, в пятом 200, в девятом могут захотеть и тысячу. Однажды агрессивные дети свою жертву все-таки действительно изобьют, опять же просто так, для развлечения. Ребенок после этого начинает ходить домой кругами, боится встретить на улице своих обидчиков, утром боится идти в школу, но родителям ничего не говорит, потому что не хочет, чтобы о его проблемах знали. Ребенку кажется, что быть жертвой детской дедовщины позорно, и все над ним будут только смеяться.

К сожалению, не редки случаи, когда издевательства одноклассников приобретают форму тяжелого насилия. Зафиксированы случаи, когда дети тушили сигареты на своих жертвах, также как были случаи, когда детей в тяжелом состоянии увозила из школ скорая помощь. Два месяца назад ученик пятого класса одной пражской школы выпрыгнул из окна на пятом этаже, чтобы наконец-то избавиться от преследования со стороны одноклассников.

О том, как выглядит детская дедовщина, нам рассказал 16-летний Марк:

«В нашем классе есть сейчас один такой мальчик, которому одноклассники не дают покоя. Кстати, в каждом классе есть кто-нибудь такой. По-моему у того парня, который в нашем классе, уже, как говорится «крыша едет». Он уже два раза менял школу, чувствуется, что его психическое состояние тяжелое. Над ним все смеются».

Дети, а именно детские коллективы, ведут себя зачастую более жестоко, чем взрослые. Задачей учителей, воспитателей и родителей должно быть пересечение тенденции детских коллективов издеваться над самым слабым членом коллектива. Не всегда это удается. Более того, известно много случаев, когда учителя не хотят видеть происходящее. В моменте, когда в школу наконец-то придут родители обиженного ребенка, учителя пытаются уменьшить масштабы происходящего, и со словами «он сам виноват» фактически принимают стороны обидчиков. Логика проста - если якобы ничего не произошло, то их тоже нельзя ни в чем упрекнуть.

Психолог Михал Коларж изучает проблему насилия в школах уже почти 30 лет. По его мнению, ситуация ухудшается. Но больше всего тревожит факт, что ни учителя, ни полицейские до сих пор не готовы решать эту проблему.

«Общенародное исследование ясно показало, что 90 процентов учителей не способно решать конфликтные ситуации в детских коллективах. Это результат того, что на педагогических факультетах этой проблеме не уделяют никакого внимания и не готовят студентов к тому, что они должны будут решать проблемы, связанные с детской дедовщиной и насилием в школах».

То, что школы не умеют бороться с проблемой детской дедовщины, заметила и мама ребенка, который сам стал жертвой такого обращения.

«Сын попал в класс, который полностью контролировал какой-то парень. Было понятно, что компенсирует свои собственные комплексы неполноценности тем, что тиранизирует других детей. Класс разделился на две группы - на его поклонников, и на детей, которые его просто боялись. Тех было большинство, но они просто старались сделать так, чтобы они сами не стали мишенью его нападков. Никто ему не дал отпор, ни класс, ни учителя».

Жертвами чаще всего становится дети, которые чем-то отличаются от остальных. Это могут быть отличники, дети с разными физическими недостатками, дети иностранцев. Откровенно говоря, все русские дети, которые приехали в страну вместе с родителями только недавно, автоматически попадают в группы риска и могут стать жертвами детской дедовщины. Много об этом знает одиннадцатилетний мальчик Дима, проживающий сейчас в Остраве. Хотя он, к счастью, встретился только с легкими формами детской дедовщины.

«Тут ко мне не очень хорошо относятся, потому что я русский. Они, например, что-то сделают, но потом скажут, что это сделал я, а учителя верят. Или, когда пишем контрольную, я им подскажу, но они мне никогда. Еще был случай - один мальчик меня начал бить, я его толкнул, и он разбил картину. Учителю потом сказали, что он здесь ни при чем, что только я виноват».

В каждом классе, в каждом детском коллективе есть свой аутсайдер. Учительница Мария Новакова убеждена, что единственный способ, как предотвратить насилие в школах, помогать и «слабым», и «сильным».

«Я поняла, что в каждом классе есть аутсайдер. Я, как учитель, сразу, как только обнаруживаю, кто им в этом классе является, пытаюсь ему помочь - повысить его уверенность в себе, его самооценку. В принципе, то же самое нужно и агрессивным детям. Их поведение тоже в большинстве случаев связанно с внутренней неуверенностью и страхом. Учителя должны помогать и тем, и тем».