«Граждане России, подумайте, что вы становитесь пособниками убийц!»

Преподаватель из Харькова Игорь Соломадин с дочерью Татьяной

«Я хочу, чтобы жители России поняли – с их молчаливого согласия сейчас совершается страшное преступление в центре Европы. Думайте не только о том, чем набить свой холодильник! Протестуйте против этой войны!» – обращается к россиянам украинский историк Игорь Соломадин. В Прагу к дочери он приехал из осажденного Харькова. Второй крупнейший город Украины стал символом жестокости российской армии, которая планомерно уничтожает его здания и жителей.

Харьков | Фото: Martin Dorazín,  Český rozhlas

– Когда для вас началась война? Где вы в тот момент находились?

– Война началась для меня в пять часов утра, когда я проснулся в своей квартире от звуков взрывов. Моя собака начала лаять. Я подошел к окну и со стороны Белгорода, со стороны российской границы – ведь Харьков находится не так далеко от границы – увидел зарево. Слышались повторяющиеся звуки взрывов. Пришло понимание, что началось безумие.

– Многие не верили, что Россия начнет полномасштабную войну в Украине. Глядя на скопление российских войск на границе с Украиной, вы предполагали, что может до дойти до такого?

«Я не мог себе представить, что в XXI веке можно напасть на соседнюю страну, зверски обстреливая жилые кварталы, уничтожая мирных граждан»

– Теоретически я это предполагал, но, исходя из рациональных соображений, все-таки считал, что это невозможно. Я больше склонялся к тому, что это шантаж, повышение ставок в каких-то переговорах. Я не мог себе представить, что в XXI веке можно вот так напасть на соседнюю страну, так зверски, так жестоко обстреливая жилые кварталы, уничтожая мирных граждан. Хотя зная, что творила Россия в Грузии, что она творила на Донбассе – все-таки война у нас идет уже восемь лет, просто она не касалась всей Украины, – можно было предполагать, что такое вторжение вероятно.

«Корни войны – в российском имперском сознании»

Война в Харькове | Фото: Martin Dorazín,  Český rozhlas

– Как историк, как вы считаете, где находятся корни этой войны?

– Корни – в российском имперском сознании, в безумном сознании какой-то своей «высшей роли». Перед началом войны Путин произнес длинную речь, в которой он попытался исторически обосновать свои претензии на уничтожение независимой свободной Украины, поскольку он не считает, что она вообще имеет право на существование. То, что сейчас происходит – это беспрецедентная жестокость и совершенно иррациональные действия.

«Уничтожают даже те здания, которые пережили нацистов»

– Папа Римский Франциск назвал Мариуполь «городом-мучеником раздирающей душу войны». То же самое можно сказать и о Харькове. Как вы думаете, почему российская армия с таким ожесточением уничтожает именно этот украинский город?

– Харьков – город, жители которого, в основном, говорят по-русски. Однако, хотя там и звучит много русской речи, Харьков – украинский город. Действия России действительно сложно понять. Многие жители голосовали за партию «За жизнь» – она считалась у нас пророссийской. И с таким остервенением уничтожать Харьков… Я не понимаю. Уже появилась версия, что из-за того, что харьковские фанаты сочинили эту знаменитую нецензурную песню про Путина, которую теперь распевают во всем мире. В некоторых пабликах пишут, что это месть. Но для меня это остается за рамками понимания, поскольку Харьков уничтожается жесточайшим образом. Бьют по центру, разрушая даже те здания, которые сохранились при нацистах, во время Второй мировой войны.

«Самое ужасное – это воздушные бомбардировки»

– Сколько дней вы провели в Харькове после начала войны? Как живут горожане под обстрелами?

– В осажденном Харькове я провел неделю, у себя дома. Мой район – один из самых обстреливаемых. Больше всего бомбят Северную Салтовку, а я живу просто в Салтовке – это недалеко. Обстрелы были очень частыми. Первые дни было сложно к этому привыкнуть и даже воспринять серьезно. Когда я выходил на улицу, и там бухало и взрывалось, люди по-прежнему стояли в очереди за продуктами, ходили по улицам, еще не совсем понимая, что происходит. Потом стрельба подходила все ближе и ближе, а затем начались и воздушные бомбардировки. Самое ужасное было, когда из самолетов пускали ракеты, бомбили жилые кварталы. Тогда уже приходилось прятаться. Мне повезло: я живу в пяти минутах от станции метро, и там я со своей собачкой и прятался.

«Я нашел клочок свободного пространства на ступеньках метро»

– СМИ всего мира обошли кадры из харьковского метро: люди там сидят и лежат практически вплотную, там же они спят, там же едят, там же находятся домашние животные. Как вы справлялись? Насколько там было холодно? Как удавалось выживать в таких условиях?

Фото: Martin Dorazín,  Český rozhlas

– Первый раз я туда пришел налегке: просто взял собаку и спустился в метро. Больше ничего у меня с собой не было. Я нашел клочок свободного пространства на ступеньках. Потом одну ночь я переночевал дома, но затем рано утром снова начались обстрелы, и тут я уже взял с собой туристический коврик – хотя каремат тоже слабо спасал. В метро сложно было найти место: это спальный район, станция метро «Студенческая». Там же находятся два университета – фармакологический и педагогический, много студентов-иностранцев: индусы, арабы. В этом районе живут работающие в Харькове китайцы. Станция метро была переполнена, были люди с маленькими детьми, причем всех цветов кожи, там же они и ночевали…

– Все видели душераздирающие снимки, как люди бегут из-под бомбежек, неся в руках переноски с кошками, собак. Такая выплеснувшаяся в войну мирная жизнь…

Фото: Martin Dorazín,  Český rozhlas

– Да, у нас не принято бросать домашних животных, и я не бросил свою собачку. Когда мы ночевали в метро, она иногда лаяла. Некоторые люди были недовольны, но большинство относилось с пониманием, подходили, гладили. У нее белорусское имя Алеся, она похожа на маленькую овчарку или на корги. Алеся приехала со мной в Прагу.

– Появлялась информация, что обстрелами повреждена ограда харьковского зоопарка, пострадали и разбежались животные. Это правда или только слухи?

– Не знаю, о чем конкретно идет речь. В Харькове есть зоопарк – очень современный, в центре города, и экопарк. Речь, скорее, о нем. Экопарк находится за чертой города. Эту территорию захватили оккупанты, там погибают животные и под бомбежками погибло несколько сотрудников парка.

– Что чувствует человек, который раньше войну видел только по телевизору и читал о ней в книгах?

Война в Харькове | Фото:  Министерство внутренних дел Украины,  Wikimedia Commons,  CC BY 4.0

– Я не участвовал в боевых действиях, я слышал звуки взрывов, видел последствия бомбежек, разрушенные дома, сожженные автомобили. Что тут можно чувствовать? Это страшная ненависть по отношению к тем, кто все это делает. Когда я вижу множество маленьких детей на руках у женщин в метро, в автобусе, когда мы ехали по Украине к западной границе, когда я здесь вижу беженцев, меня охватывает недоумение. Что нужно иметь в голове, чтобы устроить такую бойню? Это преступление.

«Украина выиграет эту войну»

«Мы все надеемся, что орков разобьют»

– Ваш прогноз – сколько продлится эта война и чем закончится?

– Сколько продлится, вам не скажет, пожалуй, никто. Чем закончится? Мы все надеемся, что орков разобьют, что Украина выстоит. Потому что, во-первых, Украина сражается так, как никто не ожидал, – не только те, кто напал на нас, но и западные эксперты. Никто не ожидал такого сопротивления. Все говорили: «Три-четыре дня и Киев падет». Ничего подобного! Ни Киев не пал, ни Харьков. Только Херсон, но и его могут отбить. Украина выиграет эту войну, и я хотел бы, чтобы был международный суд над теми, кто все это устроил.

– Среди ваших знакомых и коллег в России есть те, кто поддерживает политику Путина?

Фото: Martin Dorazín,  Český rozhlas

– Ни среди, коллег, ни среди моих знакомых и родственников таких нет. Из Москвы мне пишут родственники, которые очень стыдятся из-за того, что происходит. Они говорят: «К сожалению, мы ничего поделать не можем» и так далее. Они за нас очень переживают.

– Кто у вас остался в Харькове?

– Мои друзья, коллеги. Не все хотят выехать. Я тоже сначала не хотел уезжать, хотя мой возраст позволял мне это сделать. Однако выезжать не хотели не только мужчины призывного возраста – в городе остаются и женщины с детьми. Мои коллеги ведут чаты в гимназии и в университете. Через пару недель мы собираемся возобновить занятия в Харьковском университете. В гимназии мы тоже не хотим терять связь с нашими учениками. То есть люди полны решимости выдержать эти тяжелейшие испытания, и мы верим в наши вооруженные силы.

– Какие у вас планы?

Российско-украинская война | Фото: Министерство внутренних дел Украины,  Wikimedia Commons,  CC BY 4.0

– Конечно, я хочу вернуться домой, когда это будет возможно. В Праге я оказался благодаря дочери-студентке: она меня буквально пинками вытолкала. Я же долго «запрягал», да и выехать было нелегко. Часто под обстрелами невозможно было добраться и до железнодорожного вокзала. Когда я находился на вокзале, в центре города взрывали здание МВД и службы безопасности. Когда я ехал на автомобиле – меня подвозили, то под обстрел мы не попали, но видели следы бомбежек, сгоревшие машины, дома. Много блокпостов, на которых местные жители стоят даже с охотничьими ружьями, чтобы контролировать ситуацию на дорогах.

«Я считал, что избрание Зеленского – большая ошибка, украинцев»

– Как вы относились к президенту Зеленскому до войны, и как изменилось ваше отношение к нему после вторжения?

– Я за него не голосовал – у меня был другой кандидат. Я считал, что избрание Зеленского – большая ошибка, украинцев. Но что сделаешь, выборы президента – это часть демократии. Я даже публиковал статьи, в которых критиковал Зеленского за то, что, как мне казалось, он несерьезно относился к военной угрозе. Помните, как он говорил: «Все будет хорошо, отпразднуем пасху, потом поедем на шашлычки»? И это когда американские спецслужбы предупреждали, что вторжение неминуемо.

– Он говорил, что делал это, чтобы не сеять панику.

Президент Украины Владимир Зеленский | Фото: ČTK/AP/Uncredited

– Да, он так говорил, но главное, я думаю, что к этой войне можно было подготовиться гораздо серьезнее. То, что Зеленский мог сделать за два года, он, к сожалению, не сделал. Например, оборудованных бомбоубежищ как таковых в Харькове практически нет. Однако, когда появилась непосредственная угроза, я писал в фейсбуке, объяснял друзьям и читателям, что у нас другого президента сейчас нет, поэтому давайте прекратим критику и сплотимся вокруг него. И когда началось нападение, его позиция оказалось очень правильной. То есть нужно было защищать страну, а не отклоняться на переговоры, которые могли бы привести к каким-то компромиссам, капитуляции. Думаю, в Украине сейчас нет людей, которые бы не поддерживали президента Зеленского.

«Украина этого не простит долгие десятилетия»

– Мы – Русская служба «Радио Прага», у нас российская аудитория, и у вас сейчас есть возможность к ней обратиться. Что бы вы хотели сказать жителям России?

– Я хочу, чтобы жители России наконец поняли – с их молчаливого согласия сейчас совершается страшное преступление в центре Европы, убивают мирных граждан, погибли тысячи людей. Граждане России, думайте не только о «Макдональдсе» и IKEA, о том, чем набить свой холодильник! Выходите, протестуйте против этой войны! Не отправляйте на войну своих детей! Подумайте о том, что вы становитесь пособниками убийц!

– Как вы думаете, Украина сможет когда-нибудь простить Россию?

Игорь Соломадин с дочерью Татьяной и собакой Алесей | Фото: Archiv Igora Solomadina

– Думаю, Украина долгие десятилетия этого не простит. Никогда. При моей жизни уж точно.

Игорь Соломадин – историк, преподаватель кафедры медиакоммуникаций Харьковского университета имени Каразина, преподователь гимназии «Очаг». Дочь Игоря Татьяна – студентка 3-го курса кафедры богемистики философского факультета Карлова университета.

По сообщению Харьковской военной администрации, за последние сутки российская армия выпустила по городу 65 снарядов. С начала вторжения в городе было разрушено более 600 зданий. Количество погибших исчисляется сотнями. Очередная атака на Харьков 15 марта была отбита украинской армией.

ключевое слово:
аудио

Связанный