«Комитет по защите несправедливо осужденных» – ответ тоталитаризму

40-летняя годовщина со дня основания «Комитета по защите несправедливо осужденных» (VONS) – повод оглянуться назад. Осмыслить не только то, какими были предпосылки его создания. Какую цену пришлось заплатить тем, кто решился обнародовать истории политзаключенных и других лиц, оказавшихся в немилости у чехословацких коммунистов?

К активным действиям основателей инициативы подтолкнуло то, что госбезопасность в ряде случаев опасалась открыто преследовать известных деятелей и диссидентов, в числе которых оказались философ и политик Рудольф Баттек, журналист Иржи Динстбир, драматург Вацлав Гавел, сторонник «социализма с человеческим лицом» Петр Уль, священник Вацлав Малы, публицист Иван Медек и другие.

«Комитет по защите несправедливо осужденных» был основан 27 апреля 1978 г. инициаторами чехословацкого правозащитного движения, которое критиковало нарушение прав и свобод в ЧССР и вошло в историю как «Хартия-77».

Мониторинг дел, имевших политическую подоплеку

Петр Блажек, фото: Тереза Калкусова
– Комитет поставил перед собой цель – мониторинг дел несправедливо преследуемых коммунистическим режимом граждан и тех, у кого возникли конфликты – как можно было предполагать, имевшие политическую подоплеку, – с представителями органов государственного управления. Члены комитета полагали, что, будучи известными оппонентами коммунистического режима, они имеют некий охранный статус – впоследствии жизнь показала, что они напрасно на это надеялись, так как многие из них все-таки оказались за решеткой. Поэтому они считали себя морально ответственными за судьбы тех, кто подвергался гонениям в нашей стране, но, не имея громкого имени, располагал гораздо меньшими, в отличие от них, шансами, чтобы кто-то поднял голос за его дело. По моему мнению, усилия деятелей «Комитета по защите несправедливо осужденных» являются в определенном смысле продолжением деятельности, ранее организовывавшейся по линии польской оппозиционной правозащитной организации 1976 – 1981 годов, Комитета защиты рабочих (Komitet Obrony Robotników, KOR),

– рассказал историк Петр Блажек в интервью «Радио Прага».

Польский Комитет защиты рабочих выступал с позиций демократического социализма, левого либерализма и католического солидаризма. Его деятельность охватывала политическую и социально-трудовую сферы, помощь оказывали преследуемым в ПНР забастовщикам и репрессированным диссидентам. Многие члены КОС-КОР стали лидерами Солидарности.

Участие в новеллизации чехословацкого законодательства

Вернемся, тем не менее, к чехословацкому комитету, который существовал еще несколько лет после «бархатной» революции. В частности, после 1989 года VONS участвовал в новеллизации чехословацкого законодательства в сфере уголовного права, подготовке широкой амнистии и закона по реабилитации жертв политических репрессий. 3 июля 1996 года члены комитета приняли решение о прерывании деятельности на неопределенный срок.

Гертруда Секанинова, фото: Bundesarchiv, Эва Брыггманн CC-BY-SA 3.0
– Являлись ли все члены Комитета по защите (VONS) одновременно членами правозащитного движения «Хартия 77»? Каким образом вообще развивались отношения между этими двумя организациями?

– Вначале основатели комитета стремились, чтобы их организация смогла действовать в рамках «Хартии 77», однако соответствующего разрешения на это они не получили. Наконец, в виде компромисса, было принято постановление, что VONS будет развивать свою деятельность в духе инициативы «Хартии 77». Вскоре благодаря своей последовательности и целеустремленности комитету удалось завоевать большой авторитет в глазах участников «Хартии 77». Примерно через год после начала деятельности комитета его член Вацлав Бенда даже стал пресс-секретарем «Хартии 77». Можно сказать, что среди членов комитета преобладали радикальные представители «Хартии», стоявшие у истоков основания этого правозащитного движения, а также более молодые члены.

Из коммунистов – представителей высшего звена там не было никого, кроме Гертруды Секаниновой – Чакртовой, юриста, дипломата, впоследствии известного диссидента. Коммунисты, особенно поначалу, воспринимали деятельность VONS с недоверием, а некоторые из них – как чрезмерную провокацию в отношении коммунистического режима.

– Напомним, что Гертруда Секанинова – Чакртова происходила из состоятельной предпринимательской семьи, работала до войны адвокатом и вступила в компартию. Во время войны из-за своего еврейского происхождения оказалась депортированной в нацистские концлагеря.

Воспринимали как провокаторов, бросивших вызов коммунистическому режиму

– Вы упоминали, что ряд членов Комитета по защите несправедливо осужденных впоследствии были приговорены к тюремному заключению. Их лишили свободы вследствие деятельности в комитете или по другим причинам?

Петр Цибулка, фото: ЧТ24
– Я думаю, что подавляющее большинство тех, кого приговорили к тюрьме, оказались за решеткой именно из-за своей активной деятельности в комитете. В ряде случаев причины для вынесения приговоры не были сформулированы однозначно – к этой категории относится и дело Вацлава Гавела. Можно вспомнить об одном из самых громких процессов, который вызвал широкий общественный резонанс за рубежом. В 1979 году было возбуждено уголовное дело против десяти членов комитета, однако перед судом в итоге оказалось шестеро. И в последующие годы многие члены VONS подвергались судебным преследованиям, причем неоднократно, как Владислав Лис или Рудольф Баттек (избран депутатом Чешского национального совета в 1968 году, однако в период нормализации лишен депутатской неприкосновенности и передан в руки судебных властей - ред.). Оба упомянутых получили большие сроки. Осужден был и диссидент Петр Цибулка – главным образом, за свою самиздатовскую деятельность, но судьи, несомненно, также учли его членство в комитете.

У большинства членов комитета был опыт пребывания если не в тюрьме, то хотя бы в СИЗО. Или задержания по подозрению в совершении преступления в течении 48 часов, по истечении которых они подлежали освобождению, заключает историк Петр Блажек.