Когда на Прагу упали бомбы
В середине февраля мир вспоминает о разрушительных бомбовых ударах по Дрездену, нанесенных в 1945 году британской и американской авиацией. При этом в тени остается другая трагедия – 14 февраля бомбы упали на Прагу – считается, что американцы перепутали ее со столицей Саксонии. Сотни людей погибли, ряд зданий был полностью разрушен, в том числе Эммаусский монастырь и Музей Украины.
Авианалет, который пришелся на Пепельную среду, продлился всего пять минут, в течение которых 62 американских бомбардировщика В-17 успели сбросить на Прагу 152 тонны смертоносного груза.
Было полностью уничтожено сто зданий, 2500 получили повреждения, в том числе дом Фауста, Виноградская синагога, скульптуры на мосту Палацкого, театр На Виноградах. Взорывы разрушили дома на углу Рессловой улицы и набережной Рашина – сегодня на их месте стоит Танцующий дом.
Непосредственно под бомбами погибло 700 горожан и столько же задохнулось в заваленных руинами подвалах или позже скончалось от полученных ранений. Одиннадцать тысяч человек остались без крова.
Среди жертв бомбардировки оказалась 16-летняя пианистка Эва Ладова – дочь художника Йозефа Лады, иллюстратора «Швейка». Не пережила авианалет и профессор Наталья Сингалевич-Мазепа, супруга премьер-министра Украинской народной республики Исаака Мазепы. Под бомбами погибли и оба ее внука.
В районе Нусле было разрушено здание Музея Украины, открытого в 1939 году украинскими эмигрантами на средства, собранные диаспорой не только в Чехословакии, но и в США, Канаде, Франции, Германии. В его собрании находилась коллекция произведений украинских живописцев и скульпторов, включая крупнейшего представителя кубизма Александра Архипенко. Спасти произведения искусства не удалось.
Сирены противовоздушной обороны сообщили об опасности слишком поздно, к тому же пражане, которые за время войны успели привыкнуть к учебным тревогам, проигнорировали сигнал.
«На одной из залитых водой улиц мне пришлось пробираться вброд. Справа от меня горел Эммаусский монастырь. Я добежал до набережной, чтобы увидеть, какой урон был нанесен городу. В это время провалилась крыша собора. Остановившиеся часы показывали время удара – 12 часов 32 минуты», – описывал один из радиорепортеров картину, представшую перед его глазами.
Считается, что бомбардировка чешской столицы в феврале 1945 года была результатом навигационной ошибки из-за плохой погоды, а бомбы предназначались для уничтожения железнодорожного узла в Дрездене. Однако многие пражане, которые в роковой военный день находились в городе, такому объяснению не верят.
«Мне было 22 года, я тогда работала на Сенной площади (Senovážné náměstí). Был прекрасный солнечный день, но холодноватый. Мы находились в стороне от авианалета, на Сенной ничего не произошло. Но я помню, что день был прекрасный», – вспоминала пожилая пражанка, которая в 2012 году дозвонилась в студию «Чешского Радио» во время передачи, посвященной бомбардировке чешской столицы.
А вот воспоминание пани Матоушковой из Ржичан у Праги. В 1945 году ей исполнилось четырнадцать лет: «Тогда был абсолютно ясный день! Моя тетя открыла двери на балкон и сказала: ˝Посмотри, они чертят по небу˝. Значит небо было чистым. То, что говорят, будто были тучи – ложь! И буквально через мгновение на противоположной стороне бомба упала на дом, а за ней еще несколько. Я думаю, что вопрос с погодой нужно еще раз исследовать. Очень странно, что кто-то говорит о тучах наверху, когда снизу их не видно. И непонятно, кто же давал сигнал, когда налет уже начался и самолеты ˝чертили по небу˝, как говорила моя тетя».
«14 февраля я находился в Виноградской больнице, в отделении профессора Прусика. В полдень я должен был осмотреть еще одного пациента. Однако его не оказалось, и я решил пойти домой… Сел на трамвай и поехал домой. Если бы я осмотрел того пациента, задержавшись на полчаса, то, возможно, ехал бы в том трамвае, в который на Швериновой (Schwerinová) улице (ныне Виноградская) попала бомба», – писал в своей книге «Конец воспоминаний 1938–1945» профессор Владимир Вондрачек, заведующий психиатрической клиникой 1-го медицинского факультета Карлова университета.
«Я тоже из Праги и тоже свидетель тех событий. Своим внукам и правнукам я рассказываю, что этот налет был кульминацией жесточайшего стресса, продолжавшегося несколько лет, когда мы умирали от ужаса, что такой налет может произойти. Свои лучшие годы мы провели в подвале. Только мы шли спать, как вновь гудели сирены. Мы надеялись, что такого налета не будет. Я думаю, что это действительно была ошибка. Я живу там, где жила и тогда, – в районе Вршовице, и помню, как над нами, улицей выше, горел дом. Бомбардировка была ковровой. Мы с мамой потом ходили смотреть. Горела синагога, дома – вплоть до моста Ирасека. А недавно я прочитала, что и художник Йозеф Лада во время этой бомбардировки потерял одну из своих дочерей, она погибла на этом мосту. Мы выжили, но я всегда вспоминаю обо всех погибших тогда людях», –рассказывает коренная жительница Праги.
Власти протектората Богемия и Моравия, разумеется, использовали бомбардировку в целях пропаганды, назвав авиаудар «террористическим актом вражеской авиации». Его умышленный характер не ставился под сомнение. Во время похорон жертв бомбежки глава последнего правительства Рихард Бинерт осудил «безжалостность противника».