О дворце Бретфельда, в котором бывали Моцарт и Казанова

Bohemian Carnevale (Фото: Штепанка Будкова)

Участников нынешнeго Bohemian Carnevale, о котором мы рассказывали вам неделю назад, ожидали не только танцевальные вечера или шествие масок - напоминание о традиции зимнего карнавала в Чехии, но и распахнутые двери окутанного тайной Бретфельдовского дворца (Bretfeldsky palac, N33) или, как его еще называют, Дома барона Бретфельда. Он находится на Нерудовой улице. Благодаря документам, сохранившимся в Музее Праги, и историку Яну Непомуку Ассманну нам удастся заглянуть в прошлое, которое оставалось неизвестным не только для иностранных туристов, но и для самых чехов.

Bohemian Carnevale (Фото: Штепанка Будкова)
Меценат искусства Йозеф Бретфельд был другом как Моцарта, так и Казановы.

«Дворец памятен и тем, что В. А.Моцарт писал своему другу Готфриду фон Жакену в Париж о том, что посетил известный бретфельдовский карнавал в Праге. В письме он рассказывает и о самом Бретфельде. Интересно, что имя Бретфельда неизвестно широкой чешской общественности, несмотря на то, что это был очень интересный и почитаемый человек, шестикратно избранный ректором Карло-Фердинандского университета, шурин пражского архитектора Вацлава Леопольда Хлумчанского – Бретфельд, кстати добавил к своей фамилии фамилию Хлумчанского, а также владелец замка Веселичко», удивляется историк Ян Непомук Ассман.

Дворец Бретфельда (Фото: Кристина Макова)
Именно в резиденции Бретфельда, ныне улица Нерудова номер 240, ранее ул. Острогова, останавливался В.А. Моцарт во время приездов в чешскую столицу. В конце 1786 года он получил приглашение приехать в Прагу, чтобы послушать недавно поставленную там оперу "Свадьба Фигаро". Она шла с огромным успехом. 17 января 1787 года композитор описывает в письме Готфриду фон Жакену бретфельдовский бал, упоминая об очаровании пражских красавиц и о том, что сам он «на балу не танцевал и не кокетничал, первое – в силу своей чрезмерной усталости, а второе – по врожденной глупости». Тем не менее, бал Моцарта весьма позабавил, а пражане радостно удивили своей фигароманией.

"…Я с совершенным удовольствием наблюдал, как все эти люди, от души веселясь, скакали кругом под музыку моего "Фигаро", переделанную в контрдансы на немецкий манер. … Здесь не говорят ни о чём, кроме как о "Фигаро". Не играют, не поют, не свистят и на духовых не исполняют ничего, кроме "Фигаро". Не ходят ни в какую оперу, кроме "Фигаро". Конечно, это большая честь для меня…", признавался в письме другу гениальный композитор.

Ян Непомук Ассманн (Фото: Анна Кубишта)
Историки предполагают, что на бретфельдовском балу Моцарт встретился с Джакомо Казановой. Но это уже отдельная история. Свидетельством того, что и Моцарт возвращался в мыслях к Праге, является также его Симфония № 38. Она была написана именно для пражских концертов и впоследствии получила название «Пражская». Вернемся же к Дворцу Бретфельда, который оказался своеобразной шкатулкой живописи. Продолжает историк Ян Ассманн, который, кстати, на сей предмет готов просветить нас лекцией под названием «Загадка закрытой комнаты».

«Бретфельд попросил художников увековечить в бальном зале своего дома принадлежавшие ему поместья и замки. Благодаря этому сохранилось также изображение старой Праги второй половины 18 века, написанное маслом. Это очень важно, потому что до этого мы полагали, что у нас есть только графика, запечатлевшая Прагу в этот период».

Зал, предназначенный для проведения балов, был расписан восьми фресками, выполненными в технике масляной живописи. Они изображали резиденции барона Йозефа Бретфельда в Праге. К примеру, прославившуюся пражскую виллу Америка, где ныне расположен музей Антонина Дворжака, или замок Веселичко. О существовании фресок стало известно еще в 1900 году, когда была проведена реконструкция дворца. Они были реставрированы и запечатлены на фотографиях, сделанных замечательным фотографом того времени Индржихом Экертом (оригиналы фотографий находятся в Музее города Прага). Фрески являются редкостным свидетельством того, как в то время выглядели здания на пражских улицах – до того периода, когда габсбургская императрица Мария Терезия вместо домовых знаков ввела нумерацию домов, и в Праге появилась канализация. Увы, оговорюсь, могли бы стать свидетельством, так как большая их часть была закрашена в 50-е годы.

«Эта роспись в интерьере Бретфельдовского дворца, к сожалению, почти не сохранилась, остались лишь четыре изображения, которые следовало бы реставрировать. Нынешний иностранный владелец дворца перестроил первоначальный зал и обустроил в нем ванную, кухню, комнату и еще маленькую комнатку. Только подумать, такое потрясающее место, кабинет директора и карнавальный зал, в котором, скорее всего, все-таки встретились Моцарт и Казанова, потому как Бретфельд был исключительная пражская личность».

Bohemian Carnevale (Фото: Штепанка Будкова)
Охранники памятников старины попытаются договориться с теми, от кого сейчас зависит судьба единственных в своем роде изображений старой Праги.

«И вот сейчас перед нами цель - попытаться убедить новых владельцев, чтобы они отстранили эту ванную, кухню и прочее – может быть, настенная роспись еще не потеряна и сохранилась под более поздним слоем краски», надеется Ян Непомук Ассманн.

А пока росписи стен Бретфельдовского дворца, в котором если уж не одновременно, то наверняка по отдельности побывали и Моцарт, и Казанова, с укоризной взирают на нас со старых фотографий.

ключевое слово:
аудио