Смех и забвение?

festival_spisovatelu08.jpg
0:00
/
0:00

1968 год был объявлен темой фестиваля писателей, который вчера завершился в Праге. Русская словесность на фестивале была представлена следующими именами: Наталья Горбаневская, правозащитник и поэтесса, Игорь Померанцев, многолетний сотрудник «радио Свобода» и русская поэтесса Елена Шварц.

Тематический круглый стол, в котором принимали участие вышеназванные, носил название «1968: Россия». Дискуссию не посетил ни один чешский журналист.

Имя Игоря Померанцева на плакате было перечеркнуто маркером. Отголоски 1968 года в Чехии, тот ветер, который посеял Советский Союз. Я обратилась к Игорю Померанцеву с вопросом:

- Вам еще не надоел этот 1968 год?

«Надоесть может то, что не волнует, а 68 год в жизни моего поколения, людей моего возраста – это знаменательный год, год тяжелых и драматических решений. Все равно что сказать: «Мне надоела моя жизнь». Я же сравнительно молодой человек, мне 60 лет, я не участвовал в Великой Отечественной войне. Так что 68 год – это моя война».

-Как вам нравится слоган фестиваля в этом году «Laughter and forgetting» - «Смех и забвение»?

«Это цитата из Милана Кундеры, броская цитата, почему, собственно, нет? Нужно знать прозу Кундеры, его отношение к событиям 68 года, и прежде всего его роман «Невыносимая легкость бытия», чтобы понять этот юмор. Это контекстуальный юмор, и я бы конечно предпочел более открытый слоган для фестиваля».

(звучит песня чешского барда Карела Крыля о событиях августа 1968)

Горбаневская получила премию фестиваля имени Спироса Вергоса «За свободу волеизъявления». Именно она участовала в августе 1968 в знаменитой «демонстрации семерых», когда она и ее товарищи вышли на Красную площадь с плакатами, гласившими «Свободу Дубчеку!» и «Руки прочь от Чехословакии!». Горбаневская шла на площадь с трехмесячным сыном. Нужно добавить, что Горбаневская - не просто правозащитник, она фактически родоначальник советского правозащитного движения, которое родилось в СССР именно в 1968 году, в год оккупации Чехословакии.

Наталья Горбаневская (Фото: www.pwf.cz)
Разговор с Натальей Горбаневской о диссидентстве в Чехии и России и о ее книге «Полдень», которая готовится к публикации в чешском издательстве, прозвучит в нашем эфире в специальной августовской рубрике. А сегодня мы поговорим с ней о механизме страха и стыда, который превращает людей в рабов или героев.

- Есть такие строчки Наума Коржавина: «Когда устаю, начинаю жалеть, о том, что живу и рожден в лихолетье. Что года потрачены на постиженье того, что должно быть понятно с рожденья». Это, собственно о том, как тяжело, будучи придавленным диктатурным режимом, когда мыслить самостоятельно не позволено, найти в себе силы просто на понимание того, что происходит. Не говоря уже о том, чтобы найти силы на сам протест, который связан с колоссальным риском. Как это работает? Как это было у вас?

«Это и семья, конечно... Мама у меня - человек крайне справедливый, просто крайне. И крайне правдивый. И, безусловно, русская литература. Вы знаете, вот главный редактор «Континента» Владимир Максимов говорил: «Они не догадались, как в Китае потом, запретить классическую литературу, запретить детскую литературу». Человек читает «Сказку о рыбаке и рыбке» и знает, как надо поступать и как не надо. Что как старуха - не надо. 12-летний ребенок читает «Три мушкетера» и знает, как быть благородным, как обращаться с женщиной. Такие вещи противостоят вот этой тотальной даже не лжи, нет ( не прямая ложь страшна), а тотальной фальши, этим фальшивым восторгам. А тут – подлинное. Казалось бы, уж ни то, ни другое – не антисоветские книжки, но они учат чему-то фундаментальному, чему-то, что гораздо важнее. Христианским ценносятм нас никто не учил, но мы их тоже откуда-то набирались, из литературы, даже не осознавая что это - христианские ценности. Литература, конечно, была очень важна, причем я говорю сейчас не о самиздате. Я говорю о русской классике, которую советская власть не догадалась запретить».

Наталья Горбаневская (Фото: ЧТК)
- Но ее читали все, а вас было так мало...

«Так каждый развивается по-свому. Один раньше поймет, дргой позже. За то, что человек чего-то не понимает, его судить нельзя. Когда он знает и не хочет понимать, тут уже можно о нем опечалиться. А судить все равно нельзя. Ну, не хочет, он не хочет, нельзя заставить человека хотеть. Можно пожалеть...»

- А можно просто сказать: «Ну, что ж, каждый народ имеет такого правителя, какого заслуживает»...

«Очень глупое выражение. Правители меняются, и, выходит, каждого заслуживает? Нет, я с этим не согласна».

(звучит советская песня «Несокрушимая и легендарная»)

- Это выражение часто упоминается, когда речь заходит о сегодняшней Беларуси...

«В Беларуси ситуация очень печальна, и я считаю, что белорусы не заслуживают, чтобы ими правил Лукашенко. Даже если большинство за него проголосовало, все-таки в целом белорусский народ не заслуживает батьки Луки. Многие люди, которые голосуют, просто непросвещенные. Им кажется, что они свое небольшое материальное благополучие потеряют, если проголосуют иначе. В Беларуси просто нет нормального демократического политического просвещения. Элементарно нет свободы печати в Беларуси, о чем говорить?»

- О том, что есть оппозиция, которая пытается эту ситуацию изменить...

«Вот вы сказали про правителей, что каждый народ их заслуживает… Я думаю, что каждый народ даже не заслуживает и той оппозиции, которую он имеет. Хотя, может быть, эта оппозициия и больше отражает состояние общества, чем правительство и власть. Я думаю, что нынешняя оппозиция и в России, и в Беларуси отражает состояние общества. Некоторую, я бы сказала, растерянность. Растерянность и слабость. И неумение найти решения, которые бы не только саму оппозицию сплотили, но и привлекли бы к ней мыслящую часть общества. С тем, чтобы люди не только на кухнях умели разговаривать. Я гляжу иногда белорусские сайты. И потом в ЖЖ, где я сижу практически ежедневно, у меня много белорусских друзей. Я как бы немного болею Беларусью особо».