Тимур Чхеидзе: Чехия - Крейча и Плзень

Тимур Чхеидзе

Мы рассказывали вам об осенних гастролях Большого драматического театра им. Товстоногова, гостившего в Праге по прошествии 28 лет, и предлагали вашему вниманию беседы с известными актерами Алисой Фрейндлих и Олегом Басилашвили. Ныне вы можете узнать о том, чем дорога Чехия руководителю БДТ Тимуру Чхеидзе, с которым накануне пражской премьеры «Власти тьмы» и «Дядюшкиного сна» беседовала Лорета Вашкова.

Тимур Чхеидзе
- Вы упоминали, что спектаклю, возможно, лучше жить там, где он родился. Вы осуществляете постановки в Милане, в Тбилиси, ряде других городов, а как Ваше детище потом живет - в отрыве от своего создателя?

«От создателя да, но, с другой стороны, задача заключается в том, чтобы в процессе работы так сколотить спектакль, чтобы он жил какое-то время, ну, надеюсь... По-разному они идут, наверное. Но то, что касается Милана или Нью-Йорка «Метрополитен-опера», это были оперные спектакли. У них, между прочим, своя логика жизненная, они сохраняются еще и по каким-то музыкальным законам, а драматические спектакли – где я ставлю, там они идут, иногда приходится ездить на гастроли, вот как мы приехали в Прагу. И в каждой новой стране всегда сюрприз – как пройдет спектакль. Когда там, где он был создан, предположим, он имеет бешеный успех, совсем не гарантия, что в другой стране будет то же самое. Абсолютно. Это всегда окутано тайной. Так что в определенном смысле для меня вот и «Дядюшкин сон», и «Власть тьмы» здесь в Праге - это премьерный спектакль. Что произойдет здесь, одному Богу известно, не знаю».

- Олег Валерьянович Басилашвили упоминал о том, что он сожалеет о том, что многие актеры сегодня не привязаны к театру, как это раньше бывало – кто-то был в МХАТе, и это было свято, и в Малом театре…

Олег Басилашвили
«Ну, другие времена пришли времена, ничего, но есть и привязанные тоже, ну как Вам сказать… Я далек от мысли, что все новое, что возникает, надо принимать как закон, но, может быть, этой болезнью тоже надо переболеть. Может человек в одном театре не нашел свою судьбу, найдет в другом – свои плюсы в этом тоже есть. Я конечно, ни в коей мере не за то, чтобы актеры постоянно маячили на других сценах – тем более, если они активно заняты в нашем репертуаре. Естественно, они так и поступают – первым долгом они отдают дань театру, где работают».

Я очень привыкаю к артисту, - продолжает Тимур Чхеидзе.

«Знаете, мне не все равно, с кем. Я тоже воспитан на той логике и на том учении, о котором говорил Олег Валерьянович. Это в крови, переделать нас очень трудно. Я не говорю, что все время надо с одними и теми же -нет, их тоже надо от себя освобождать периодически и давать волю и самому надо себя освежать по возможности, но вот когда находишь с актером общий язык и когда он тебя с полуслова понимает, а ты его чувствуешь каким-то нутром, каким-то шестым чувством … Я не знаю, - это трудно сформулировать, ни на одном языке я точно сформулировать это не смогу, - то это, конечно, счастье».

«Власть тьмы»
- Тимур Нодарович, Вы ведь человек нескольких культур…

«Ну, двух, как минимум».

- Как минимум… Как Вам удается это сохранять и насколько это важно для Вас?

«То, что это безумно важно, на это только положительно могу ответить, - во всяком случае, в моей жизни это имеет огромное значение. А мне ничего не удается, если серьезно. Я об этом не думаю, это само собой существует, я не борюсь за это, потому что это как … Как без грузинской культуры, - я грузин с пяток до корней волос, ну абсолютно я воспитан на грузинской культуре. И на русской тоже. И поэтому я свою жизнь не представляют как без грузинской, так и без … Ну как без Толстого, без Достоевского, без Чехова как? И Прокофьева, Шостаковича, Чайковского?

- Это у Вас счастливо переплетается, а насколько Вы ощущаете это как проблему сегодняшнего дня, ведь мы живем, в пору, наверное, третьего, самого большого переселения народов, миграции повсеместной. Видите Вы болезненные грани этого?

«Власть тьмы»
«Да, но я себя не могу переселенцем назвать, потому что я никогда не отторгнусь от Грузии настолько, чтобы себя ощущать переселенцем или эмигрантом. Никогда! Я просто не могу существовать иначе. Да, я работаю в Петербурге, но я умудряюсь иметь с Грузией тесные связи. А как иначе! Не только связи, я там периодически, самое позднее в два года раз я обязательно ставлю спектакли, я не прерываю контакта с театром, где я работал лет пятнадцать последние - мой театр в Грузии, да? Там - мои корни. Там мои могилы! Не говоря уже о том, что и семья моя там, и внуки мои там растут. Нет, я просто не смогу, а так вот, в таком рабочем режиме и живу».

Естественно, надолго оставлять свой театр никак нельзя, подчеркивает Тимур Нодарович.

«Я отвечаю за театр. Все. Это при всем том, о чем Вы догадываетесь, и мы вслух не говорим».

- Вы, я думаю, человек счастливый и можете себя таковым считать в силу того, что Ваши спектакли уводят за собой, они завораживают. А Вы сами завораживаетесь чем, кем, - помимо театра?

«Дядюшкин сон»
«Все-таки окружением и все-таки вот … ну, выше любви ничего не придумано, да? Во всяком случае, род человеческий на этом держится – если меня спросить. Так что всегда вот с любовью стараться - поверьте мне, мы вот с Вами так не знакомы, но я это не ради красивого словца говорю. Это самый большой аккумулятор, а если человек не привносит свою любовь, я даже репетировать с ним не могу, если он приходит постоянно на службу – пускай работает в другом месте. Даже не надо об этом говорить, это ощущается – кладет человек всего себя вот сюда, вкладывается в это или нет. Если да, вот будем вкладываться вместе».

- Раз уж мы о любви, какой повод к любви Вам дает или, может быть, дала Чехия?

«Чехия… Во-первых, я провел очень хорошие и плодотворные полтора месяца, это было лет 25 -28 тому назад, в Плзени, я ставил спектакль, я это помню очень хорошо. Ну, сейчас, с сегодняшней позиции, я думаю - ну, может, не ахти какой спектакль получился…».

- Но его помнят…

«Дядюшкин сон»
«Вот это… возникло между артистами и мною…»

- Близость?

«Ну, я не знаю, что… Мы потом в жизни потеряли друг друга, то есть, это не обязательно буквальная близость человеческая - нет, но творческая, она ни с чем не сравнима. И вот это я запомнил и до сих пор их помню, и с удовольствием это вспоминаю».

Огромное впечатление на Тимура Чхеидзе тогда произвел и режиссер Отомар Крейча.

«Это, правда, большой мастер, большой мастер, особенно в трактовке пьес Чехова он меня потряс. И мне посчастливилось, как раз из Плзени я приехал в Прагу на несколько дней, и мне плзеньские друзья устроили - Крейча, говорят, согласен Вас принять у себя дома. Но вот когда мы подходили уже к дому вечером поздно, мне говорят, что только, говорят, минут тридцать-сорок, он больше не может. Конечно, говорю, Бога ради, я просто хочу с ним познакомиться, - конечно, мы уйдем.

Режиссер Отомар Крейча (Фото: ЧТК)
Мы пришли, как сейчас помню, в семь часов вечера, он нас принял очень вежливо, ну как интеллигентный человек принял, но большого интереса ко мне он не проявлял, потом что-то о Чехове он сказал, я что-то ответил … Закончилось все тем, что я ушел оттуда в пять утра. Он мне показал свои видеозаписи спектаклей, перескакивал из одного спектакля на другой, поняв, что я наизусть цитирую - я говорю, можно вот с того места, вот там … То есть, не знаю, что произошло… Потому что понял, что к Чехову я не безразличен, вот почему. Вот я и говорю, не обязательно такая житейская дружба, - да, человеческая - бесценный подарок Божий тоже, это тоже, но вот как только… И он, я уверен, меня вообще не помнит, но вот Чехов тогда нас зацепил, и с каким азартом, слушайте… Уже я хотел, я говорю - уже поздно…

– Можете остаться еще двадцать минут, я Вам вот это покажу…

- Конечно, то есть, я был … И вот под утро мы ушли оттуда, не забуду этого».

- И этот подарок остался с Вами?

«Да, да, Чехия - Крейча сразу, и Плзень».

ключевое слово:
аудио