5 июля – День Кирилла и Мефодия

cyril_metodej1.jpg

Подготовили Елена Патлатия и Либор Кукал.

Дорогие радиослушатели! В Чехии 5 июля отмечается как день Кирилла и Мефодия, двух славянских просветителей, основоположников славянской письменности. Этот день по традиции считается днем кульутр славянского народа. Мы подготовили для вас программу о Кирилле и Мефодии и их значении в славянской культуре.

Великая Моравия – первая западнославянская держава, государство предков чехов и словаков, возникла в 9 веке. Ее правителем стал Ростислав. Он оказался выдающимся государственным деятелем, который осуществлял продуманную политику. Он стремился не просто отстоять независимость Великой Моравии, но и превратить ее в самое сильное и влиятельное государство. В начале 60-х годов 9 века Ростислав был на вершине власти. Он прекрасно понимал, что недостаточно быть независимым только экономически, или быть сильнее противников в военном отношении, было необходимо укрепить в своем государстве основы независимой церковной организации. Сделать это было нелегко. Христианство распространялось в Великой Моравии среди князей и правящего слоя миссионерами, но сложнее было заставить принять его широкие народные массы. В 862 году Ростислав отправил послов к византийскому императору Михаилу Третьему с просьбой послать ему такого учителя, который бы на славянском языке преподал его народу истинную веру, причем так, чтобы ему могли последовать также люди из других краев.

Византийский император удовлетворил эту просьбу и послал в Великую Моравию двух братьев – Константина (его церковное имя было Кирилл) и Мефодия, которые перед тем, как отправиться, создали славянскую письменность и перевели на славянский язык важнейшие богослужебные книги. В Великой Моравии они были приняты с большой радостью и высочайшими почестями и приобрели учеников, которых начали усердно обучать. Но самым их выдающимся делом было введение в литургию славянского языка (в Европе тогда господствовал латинский и греческий ритуал) и создание церковной организации в Великой Моравии. В 867 году они решили направиться в Царьград и рукоположить там своих учеников. В Венеции их застигло приглашение папы Николая Первого в Рим, вследствие чего они изменили свое направление. В Риме их принял уже новый папа Адриан Второй, который после долгих отлагательств освятил славянские книги и рукоположил учеников.

Константин, приняв перед смертью монашеское имя Кирилл, в Риме заболел и в 869 году умер, после чего Мефодий с папской буллой, узаконившей славянское богослужение, возвратился в Великую Моравию.

На пути через Паннонию местный князь Коцел убедил его снова вернуться в Рим, где папа назначил его моравско-паннонским архиепископом. Так, Великая Моравия стала независимой от баварского епископата. Воины баварских епископов схватили Мефодия и увезли его в Регенсбург, где на основе решения церковного суда под председательством Людовика Немецкого осудили на пожизненное заключение. Но этим дело не кончилось. В последующие годы свое слово должны были сказать и влиятельные защитники Мефодия. Сватоплук, племянник Ростислава, решил стать правителем Великой Моравии. Воспользовавшись вспыхнувшим массовым народным восстанием, он захватил власть в свои руки. Он отправил послов в Рим с просьбой о полном восстановлении церковной самостоятельности его государства и о возвращении Мефодия. Новый папа Иоанн Восьмой распорядился освободить Мефодия, и баварские епископы были вынуждены подчиниться. В 873 году Мефодий вернулся в Великую Моравию, где был торжественно принят при дворе Сватоплука и не менее сердечно простым народом, после чего стал правящим архиепископом и занялся славянской литургией.

На это же время приходится расцвет великоморавской церковной архитектуры. Существенно возросло количество духовенства. Занятия с учениками Мефодий связывал не только с основанием монастырей, но и со школами, которые были центрами литературного творчества. В 880 году Мефодий в очередной раз отстоял в Риме правоверность своего учения, и папа снова разрешил ему использовать для литургии славянский язык. В качестве своего преемника Мефодий избрал одного из своих учеников – Горазда, по происхождению из Великой Моравии. Мефодий умер 6 апреля 885 года и был с глубокой скорбью погребен в главном великоморавском храме. После смерти Мефодия противники славянской литургии добились того, что папа Стефан Пятый в 885 году запретил использовать славянский язык. Благодаря их усилиям Сватоплук изгнал из страны славянских священников. Но, несмотря на это, Великая Моравия стала колыбелью славянской письменности и образования.

Начало славянской книжной просвещенности в Великой Моравии – и не только там, - обычно связывают с кирилло-мефодиевской миссией, которой отводится чрезвычайно важная роль в христианизации славянских народов. Конечно же, послание и приход Константина и Мефодия в Великую Моравию и их учительская, организационная и литературная деятельность означают расцвет славянской просвещенности на этих территориях, так как он сопровождался необычайно богатой переводческой деятельностью, развитием славянской письменности, славянской литургии и славянской духовной культуры.

Константин был крупным ученым своего времени. Его географические и этнографические сведения, языковые знания и навыки, полученные им от арабов и хазар, его педагогические способности и опыт, философское образование – все это было благоприятными предпосылками к тому, чтобы он смог, согласно замыслам великоморавского князя Ростислава, основать школу и заложить основы славянской письменности.

«Жизнеописание Мефодия» (древний памятник письменности, написанный кириллицей),  из «Успенской рукописи», 12 в., Россия
Создание такой славянской письменности, которая бы полностью соответствовала требованиям славянского языка, было первостепенным и чрезвычайно важным делом. Новое письмо должно было подчеркнуть и фактически подчеркнуло, что славяне представляют собой своеобразную группировку с обширной культурой, не зависимую от греческой и латинской цивилизации. Создание славянского письма – удивительный труд, результат которого точно отражает все фонетические особенности славянской речи.

К приходу солунских братьев Великая Моравия не была в культурном отношении пустыней. Язык, на котором здесь говорили, при сохранении традиционных средств выражения в то время уже был языком культурным. Однако деятельность Константина и Мефодия, их соратников и учеников, их живое слово, а также их богатая оригинальная и переводческая и литературная деятельность придали ему мощный импульс к более высокой ступени развития. Старославянский церковный язык находился под влиянием местного языка, и сам вызывал в нем определенные изменения, особенно лексические и фразеологические. Нужно было, чтобы в него не попадали случайные, несистемные элементы, которые в местной среде понимались бы с трудом. Предполагается, что старославянский язык развивался совсем не стихийно. Его развитием управляли целеустремленно. Например, если считать, что благозвучие речи повышается в прямой зависимости от количества открытых слогов, тогда по своему благозвучию старославянский язык оказывается на первом месте среди остальных европейских языков. Его музыкальность повышается благодаря подвижному ударению и переменной интонации долгих слогов.

Богатство выражений и форм, все это было связано в подлинную системную гармонию. Точно разработанная система глагольных времен позволяла точно и недвусмысленно выражать разнообразные соотношения времен. Язык имел развитую систему придаточных предложений с богатым инвентарем соответствующих связок. Следовательно, старославянский язык не только по функции, но и по лексической и фразеологической разработанности был литературным языком в самом полном смысле слова. Поэтому книжное просвещение не осталось делом лишь Великой Моравии, а послужило действенным началом славянской литературы вообще.

Литературное творчество на этом языке было в Великой Моравии весьма обширным. Сначала славянская словесность носила пассивный характер. Переводились богослужебные сочинения и труды религиозной греческой и отчасти латинской литературы, но при этом она с самого начала даже по своей пассивности отличалась от пассивности латинской ритуальной и религиозной литературы. Именно потому, что это были переводы, тексты приобрели новую самостоятельную языковую форму в отличие от латыни всем понятную. Общей чертой всей этой вереницы переводов была значительная степень грамматической устойчивости. Это же можно сказать и о лексиконе. Эта устойчивость, которую в дальнейшем уже можно было характеризовать даже как неизменность, вытекает, во-первых, из специфики возникновения старославянского языка как языка с самого начала литературного, во-вторых, из того, что он был предназначен для нескольких славянских областей, причем количество и величина областей использования этого языка постоянно возрастали. Став языком церковной литургии, он был поставлен на уровень таких языков, как греческий, латинский и еврейский.

Создание славянского литературного языка и основ славянской письменности в Великой Моравии способствовало не только развитию литературной деятельности и распространению грамотности, но и более тесным связям между западными, южными и восточными славянами. Несмотря на то, что возникавшая в Великой Моравии литература была религиозной по содержанию, она включает аспекты, выходящие за рамки стандартных схем своего времени: страстно защищает славянские языковые и национальные права. На старославянском языке создавались не только религиозная, но и историческая, философская, географическая, природоведческая, медицинская, юридическая, а также развлекательная литература, легенды и поэзия, грамоты и надписи. Вначале он использовался в Великой Моравии, однако, впоследствии распространился и в славянские области Центральной, Южной и Восточной Европы. Огромное значение старославянского языка заключается в том, что он самими своим существованием в качестве языка, близкого народу, способствовал защите славянского элемента от опасности онемечивания. Позднее он стал основой для развития национальных культур и литературных языков.

В прошлом на первое место в качестве единственного и главного значения Константина и Мефодия выдвигалась именно только их миссионерская деятельность. Их приход в Великую Моравию связывали с распространением христианства, а их главное достоинство видели в преданности римской курии. К такой же версии стремится Ватикан и в настоящее время. Однако фундаментальные современные научные исследования уже совершенно ясно доказали, что христианство в Великой Моравии было распространено еще до прихода солунских братьев, и что, следовательно, их обозначение как проповедников ни в коем случае не соответствует действительности в целом.

В современной научно литературе совершенно верно подчеркивается их политическая роль, стремление парализовать идеологическое и политическое влияние восточнофранкской иерархии, прежде всего влияние баварских епископов. Последние считали область Великой Моравии (так же, как и всю территорию придунайских славянских племен) своей миссионерской областью, составной частью епископата в Пассау, а в политическом отношении – сферой влияния германской (Восточно-Франкской) империи того времени. Заслугой Константина и Мефодия был успех дипломатической миссии, ослабившей это влияние. Их деятельность, направленная на нейтрализацию влияния германского, или латинско-германского церковно-политического центра, стала в свое время незаменимым фактором в полной драматических коллизий борьбе за независимость Великой Моравии. Следовательно, кирилло-мефодиевская миссия имела, прежде всего, политическое значение, затем – культурное, и, наконец, религиозное. Это в конечном итоге вытекает и из просьбы Ростислава к императорскому двору в Царьграде, а также из послания византийского императора Михаила Третьего, принесенного солунскими братьями в Великую Моравию. Их особой и первостепенной задачей было дать местным людям образование на национальном языке и создать самостоятельную церковную организацию, которая не была бы подчинена интересам франкской церкви, а удовлетворяла бы государственные интересы великоморавского правящего слоя.

Немного времени прошло с тех пор, когда византийские ученые – священник и учитель Константин, дьякон и бывший высокопоставленный императорский сановник Мефодий – начали в Великой Моравии свою деятельность в духе пожеланий Ростислава, а уже стали очевидными сложности, которые возникли вследствие их труда. Для баварского духовенства успех проводимого Константином и Мефодием обучения в Великой Моравии был, как бельмо на глазу. Деятельностью латинско-франкского духовенства, действовавшего в Великой Моравии, руководил епископ из Пассау, придерживавшийся интересов династии Каролингов наверняка по формальному согласию не только зальцбургского архиепископа, но и самого папы Николая Первого как патриарха западной церкви.

В целом деятельность Константина и Мефодия в Великой Моравии можно разделить на два этапа. Первым этапом был относительно короткий период четырехлетнего совместного выполнения их главного политического, дипломатического и культурного дела, собственно миссии в узком смысле слова. Вторым этапом является более чем десятилетняя деятельность Мефодия в должности архиепископа как представителя и руководителя великоморавской церкви.

За результатами этой обширной деятельности следует также видеть неутомимую работу местных образованных людей, продолжавших и местные культурные традиции. Они составляли существенную часть учеников Константина и Мефодия и принимали участие как в создании письменности и просвещения, так и в укреплении церкви и государства. Главным образом от них мы, наконец, узнали о деятельности обоих ученых братьев. Кирилло-мефодиевская миссия внесла чрезвычайно большой вклад в развитие славянской и, прежде всего великоморавской духовной культуры, творцом которой был весь народ – неисчерпаемый источник силы и творец всех ценностей.

Авторы: Либор Кукал , Елена Патлатия
аудио