Историк Адам Градилек: «Примеры протеста в 1968 – это основа для будущего диалога между народами»
В этом августе исполняется очередная годовщина событий 1968 года – советской оккупации Чехословакии. Введение в страну войск Варшавского договора не только стало переломным моментом для самой страны, но и запомнилось историями людей, которые осмелились протестовать против незаконного вторжения. Сегодня, когда Европа вновь сталкивается с войной, параллели между прошлым и настоящим звучат особенно остро. Radio Prague International побеседовало об этом с историком Адамом Градилеком.
Одним из символов протеста против вторжения 68-го года стала акция на Красной площади в Москве: восемь человек вышли с плакатами против оккупации Чехословакии. Через несколько минут их задержали, после чего диссидентов ждали ссылки, лагеря и психиатрические больницы. Но именно этот поступок показал всему миру, что советское общество не было единым в поддержке насилия.
– Эта тема, скорее, сама нашла меня, а не я ее. Так вышло благодаря моей семье и друзьям. Через родителей я познакомился с самиздатом, где публиковалась по частям книга «Мои показания» Анатолия Марченко. Его произведение «Живи как все» вышло уже вскоре после революции, хотя готовилось еще для самиздата. Эта книга произвела сильное впечатление не только на меня, но и на многих моих друзей. Во время первой поездки моих родителей в Прагу у нас дома остановились некоторые из тех «восьми смелых» – в частности, Лариса Богораз и родственники Павла Литвинова. Так я впервые узнал об их протесте и о советских диссидентах, выступивших против оккупации Чехословакии.
А уже в 2008 году, вместе с моей подругой Михаэлой Стоиловой, которая год училась в Москве и дружила с Ларисой Богораз, мы решили к 40-летию события напомнить об этом подвиге. В то время я был в Нью-Йорке и встретился с Павлом Литвиновым. Я спросил его, не хотел бы он принять участие в памятной акции в Праге и помочь нам связаться с другими оставшимися в живых участниками.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Позже Институт изучения тоталитарных режимов вместе с аппаратом правительства Чехии организовал встречу: в страну пригласили около двенадцати участников протестов, многие получили государственные награды. Мы записали с ними интервью, которые легли в основу книги «За вашу и нашу свободу». Так началась традиция, которая продолжается и сегодня: каждый год мы вспоминаем забытых героев, протестовавших против оккупации. Среди них – Элиягу Рипс, совершивший попытку самосожжения в Риге, и Зорян Попадюк, который в Западной Украине расклеивал листовки с призывами против оккупации Чехословакии и за свободу Украины.
Кроме широко известных протестующих на Красной площади были и другие недовольные.
– Больше всего меня трогают именно те истории, что оставались долго скрытыми или малоизвестными. Чаще всего это были одиночные выступления людей, возмущенных тем, что их страна напала на другую. Для них это означало потерю надежды на обновление или реформу советского режима. Многие из этих протестов остались незамеченными – их подавляла цензура или КГБ. Людей арестовывали во время акций протеста или сразу после, они подвергались преследованиям. Часто о таких случаях мы узнаем только сейчас, из архивов. Особенно ценными оказались украинские архивы КГБ: вместе с историками мы нашли целый ряд неизвестных ранее историй. Например, узнали о студенте Романе Грыне из Ужгорода, который 22 августа 1968 года написал письмо на чехословацкое радио. Письмо заметила одна из сотрудниц почты, оно показалось ей подозрительным.
Ее подозрения были не беспочвенными.
– В письме содержалась своего рода приветственная речь чехословацкому народу с призывом не поддаваться оккупации и отстаивать свободу. Я даже могу процитировать кусочек, у меня есть перевод: «Братья чехи, мы полностью поддерживаем вашу святую борьбу за свободу против диктата московского Кремля. Мы понимаем вас, потому что и сами стонем под кнутом этих кремлевских палачей. Долой инквизиторов! Да здравствует независимая Чехословакия!»
Роман Грынь вскоре был арестован и приговорен к трем годам лагерей. О его дальнейшей судьбе мы, к сожалению, ничего не знаем. Но это очень яркий пример. В архивах я также находил, например, донесение: автобус с украинскими туристами оказался в Чехословакии во время вторжения войск Варшавского договора, и одна из сопровождающих – украинка – публично высказалась против оккупации. Один из туристов донес в КГБ, ее арестовали. Но что с ней было дальше – данных нет.
Судьба участников демонстрации на Красной площади относительно хорошо известна. Кого-то ждала ссылка, кого-то – печально знаменитые «психушки». Двоих отправили в лагеря на 2–3 года. Сам Павел Литвинов позднее признавался, что они ожидали за свой протест самые суровые наказания, минимум 10 лет лагерей.
Но, скорее всего, из-за того, что их дело получило огласку во всем мире, в том числе в Чехословакии и других европейских странах, приговоры оказались мягче.
Большинство из диссидентов освободили через пару лет. Но, например, Зорян Попадюк, который каждый год на Украине расклеивал листовки к годовщине вторжения, провел в разных лагерях и тюрьмах по всему СССР около 15 лет.
Нельзя забывать и тех, кто в рамках одиночного протеста отдал свою жизнь –совершил самосожжение: поляк Ришрад Шивец, украинец Василь Макух и другие.
– Героизм всегда важен для памяти народа – еще со времен античной Греции мы вспоминаем смельчаков, противостоявших тоталитарным режимам, будь то нацизм или коммунизм. Я считаю, важно помнить о людях, которые выступали «за вашу и нашу свободу». Для чехов и словаков это актуально и сегодня, особенно в связи с войной в Украине. Да, многие устали от войны, многим мешает поток беженцев. Но мы должны помнить: украинцы тоже выходили за нашу свободу и заплатили за это огромную цену. И мы обязаны поддерживать их сейчас.
События 1968 года во многом перекликаются с нынешним конфликтом России и Украины, полагает Адам Градилек.
– Конечно, есть целый ряд общих моментов. Мы это видим на примере тех случаев, слухи о которых до нас доходят из России: люди разного возраста и профессий время от времени публично высказываются против путинской войны.
Существенная разница заключается в том, что в Чехословакии 1968 года дело не дошло до военных действий. Однако историк полагает, что протест в Москве был очень важен для европейского общества.
– Я думаю, что протест даже восьми человек на Красной площади имел огромное значение. Он показал, что не все согласны с режимом. Люди в Чехословакии знали, как трудно решиться на такой шаг – и это откликнулось в обществе. Позже, когда в Чехии сильно укрепились антироссийские настроения, это тоже сыграло роль: такие поступки напоминают, что нельзя всех «грести под одну гребенку». Враг – это режим, а не каждый отдельный человек.
Правда, в сегодняшних реалиях придерживаться такой точки зрения получается не у всех и не всегда – особенно у граждан Украины.
– Украинцев сейчас трудно осуждать за это – ведь подавляющее большинство россиян, действительно, поддерживает войну против их страны. Это война на уничтожение: под угрозой не только государственность, но и само существование украинской нации. Путин утверждает, что россияне и украинцы – «один братский народ», и это страшно. Но будем надеяться, что война закончится, Украина отстоит независимость. И тогда именно эти отдельные примеры протеста, эти «лучи света» станут основой для будущего диалога и солидарности между народами.
