Конкурсные работы, победившие в рамках русской редакции

r_2100x1400_radio_praha.png

Сегодня мы продолжаем тему подведения итогов нашего конкурса и познакомим вас с двумя работами, победившими в рамках русской редакции Радио Прага.

Наталия Латова: «Золушка на все времена»

«Для меня чешский кинематограф стал родным еще в детстве. Правда, я это осознала заметно позже. Новые детские фильмы в СССР 1980-х гг. были большой редкостью. Я с нетерпением ждала воскресенья, когда в рубрике «В гостях у сказки» наш телевизор показывал не просто фильмы для детей, но такие фильмы, которые считались классикой, настоящие шедевры. И вот однажды в программе появилось загадочное название - «Три орешка для Золушки». Казалось бы, что тут удивительного. Но при чем тут какие-то орешки? - спрашивала я себя. Когда начался фильм, я практически сразу поняла, что эта Золушка - вовсе не та, о которой рассказал Шарль Перро. На мой взгляд, сказка Перро имеет слишком однозначное нравоучение: трудись, не покладая рук, и тебе воздастся.

А вот в чешской «Золушке» оказалось так много всяких подтекстов, что их хватило, что называется, «на вырост». Этот фильм преподносил мне все новые и новые сюрпризы по мере моего взросления.

«Три орешка для Золушки»
Первый сюрприз был связан с разницей между тем, что я ожидала увидеть на экране, и тем, что я увидела на самом деле. Та же трудолюбивая девушка, мачеха, принц, бал, хэппи-энд - вроде все атрибуты налицо, и все же... Скажем, вместо феи, которая как «бог из машины» может сделать что угодно, в фильме роль волшебных атрибутов сыграли обыкновенные орешки. Да и вообще чисто сказочных элементов в фильме почти нет. Какая-то не-сказочная получилась Золушка, более реалистическая.

Оказалось, что классические сюжеты существуют вовсе не для того, чтобы сдувать с них пылинки и умиляться над тем, как же здорово они однажды уже были изложены. Этот вывод актуален и для моей нынешней работы (я социолог-исследователь): начиная исследование, надо изначально творчески подойти к делу и выбрать нестандартную точку зрения.

Второй сюрприз, который преподнес мне этот фильм, обнаружился, когда я повзрослела и стала больше обращать внимание не на общий сюжет. Каково же было мое удивление, когда я поняла, что в чехословацкой интерпретации Золушка-то, оказывается, - настоящая феминистка (в хорошем смысле слова)! Она вовсе не сидит, сложа руки, в ожидании, когда принц осчастливит ее. Чешская Золушка - вполне самодостаточная личность. Она может быть женственна и изящна, может быть дерзкой и независимой, может быть активной и по-мужски решительной. Одним словом, «коня на скаку остановит...». Хочешь быть счастливой - будь ей! Такой Золушке принц не так уж и нужен. Не она пытается заполучить его, а он ищет и добивается ее внимания. Сложно представить, чтобы французская Золушка из сказки Перро в конце сюжета решилась куда-то сбежать и заставляла принца догонять ее. А тут - пожалуйста!

Третий сюрприз ожидал меня во время размышлений над заданием Вашего конкурса. Мои научные интересы лежат в плоскости культурной компаративистики. А ведь все, что я написала во втором пункте, - это и есть предмет моих исследований! Различия между Золушкой Шарля Перро и Золушкой Вацлава Ворличка - это различия между традиционными и современными демократическими ценностями. Французская Золушка 18-го века ориентирована на исполнение традиционных женских обязанностей, от чешской Золушки 20-го века веет эмансипацией и здоровым феминизмом. Когда меняется общество, то должны меняться и глубинные ментальные характеристики. Получается, что чехословацкие кинематографисты «влили новое вино в старые меха».

Итак, фильм, снятый в год моего рождения, и спустя тридцать лет остается для меня не просто красивой сказкой, но и актуальным материалом для научного анализа. Впрочем, эти три сюрприза, наверное, - вовсе не последние для меня».


Владимир Гудзенко: «Какой чешский фильм мне больше всего запомнился и почему?»

«Романс для корнета»
«Вот уже более века существует кинематограф. С одной стороны, кино - это очень популярное развлечение, скрашивающее наши серые будни, а с другой, высокое искусство. Помню, в детстве для нас, деревенских мальчишек, огромной радостью был приезд в село кинопередвижки.

Когда наступал вечер, мы приходили в клуб, рассаживались на деревянных лавках и на полу перед белым экраном. В зале выключали свет, раздавался треск из больших деревянных динамиков, которые до этого были развешаны по обе стороны экрана, и представление начиналось. Проектор был только один, и в перерывах, когда меняли части фильма, мы заворожено сидели в полутёмном зале, ожидая продолжения. Иногда мы смотрели всю картину, сидя на корточках перед окном сзади клуба, часто под проливным дождём, когда нас не пускали в зал на взрослые фильмы.

Из тех фильмов моего детства многие ленты давно мной совершенно забыты, о других остались в памяти лишь неясные отрывочные воспоминания. Но были и картины, которые оставили неизгладимый след в моём юношеском сознании, сохранились в памяти на всю мою взрослую жизнь. Одна из таких картин - это фильм чешского режиссёра Отакара Вавры «Романс для корнета», который я увидел впервые в шестнадцатилетнем возрасте.

Тогда этот черно-белый фильм с незамысловатым сюжетом произвёл на меня очень сильное впечатление. Я полюбил его персонажей, прежде всего, простого сельского паренька Войту, и девушку из цирковой труппы, с красивым и непривычным для нашего слуха именем Терина, а затем начал следить за творчеством этого режиссёра и исполнивших главные роли артистов. С интересом смотрел другие чешские фильмы с их участием.

«Романс для корнета»
Тогда, в моем деревенском юношестве, картина увлекла меня с самых первых кадров. Звуки корнета в этом фильме переносят нас в живописную чешскую деревню, в которой с героями фильма происходят события, казалось бы, самые обыденные, которые случаются со всеми людьми: смерть близкого человека, встречи, расставания, соблазн, измена... А позднее, спустя тридцать лет, скорбь о случившейся страшной, непоправимой развязке.

Именно в те годы, а это было сорок лет тому назад, я был влюблён в девочку из моего класса, и она, кажется, отвечала мне взаимностью. На уроке, когда наши глаза встречались, мы посылали друг другу восторженные взгляды, но, оставшись наедине, краснели, робели, говорили что-то невпопад, и от этого ещё больше смущались. После окончания школы наши пути разошлись. Мы писали друг другу письма, а затем встретились спустя несколько лет уже совсем другими людьми. Кроме того, когда я учился в девятом классе, у меня умер дедушка, который был для меня очень близким человеком. Так, в фильме из далёкой Чехии рассказывалось о судьбе моего ровесника, которая оказалась удивительно похожей на мою судьбу.

Фильм поставлен по поэме Франтишека Грубина - одного их последних представителей серебряного века чешской литературы, которого я бы ещё назвал чешским Пастернаком. Его стихи удивительно напоминают мне стихи нашего русского гения, автора «Доктора Живаго». Эпиграфом к фильму взяты строки из древнегреческого мифа о Фаэтоне, который не смог удержать огнедышащих коней, запряженных в небесную колесницу, и погиб. То, на что он замахнулся, оказалось выше его юношеских сил. И страшная развязка - смерть - оказалась для юного Фаэтона единственно возможным финалом.

Мой дедушка перед смертью с трудом узнавал свой дом, который когда-то построил он сам, а нас постоянно путал с какими-то спутниками его прошлой, неведомой мне жизни. Затем дедушку увезли в больницу, и спустя несколько дней его не стало.

Драма, которая разворачивается в фильме на фоне живописной чешской деревенской идиллии - очень обыденная и непоказная. Мы не увидим в фильме резких поворотов сюжета, интриг или захватывающих приключений. Поэтому далеко не все, с кем я делился впечатлениями от увиденного в фильме, меня понимали. Не всем доступно было то, что, как мне кажется, понимал я. Войта ухаживает за Териной, девочкой из цирковой труппы. Мы видим их на берегу реки, наблюдаем их счастливые лица на стремительно раскачивающихся качелях. Затем сельская красавица Тонка соблазняет Войту. Умирает дедушка, Терина каким-то образом узнаёт об измене, и уходит к другому мужчине. Спустя тридцать лет, двое мужчин встречаются. Войта просит разрешения Виктора встретиться с девушкой, и тот показывает ему место, где она похоронена. Терина умерла через два месяца от дифтерии, поскольку хотела умереть. Печальные звуки корнета звучат на фоне мокрого от дождя сельского кладбища...

События происходят на экране, а их чувственные отголоски за кадром, в сознании зрителя либо в той заоблачной обители, где пытался удержать поводья непокорных коней и где погиб юный Фаэтон. Чувства невидимые, неосязаемые, но заставляющие людей страдать и умирать. К сожалению, герои фильма не смогли справиться с ниспосланным им с небесных высот даром. И в той ситуации для главной героини смерть оказалась единственно возможной развязкой.

Прекрасный фильм Отакара Вавры является предостережением для всех нас».

Благодарим Владимира Гудзенко.