«Без победы Украины в войне у России нет шансов на перемены»
Способен ли кто-то заменить Алексея Навального? Должна ли российская оппозиция поддерживать ВСУ? Является ли поражение России в войне обязательным условием смены режима? Об этом размышляют участники акции, которая прошла в первую годовщину смерти Алексея Навального перед зданием посольства РФ в Праге.
16 февраля во многих городах России люди приносили цветы и плакаты к памятникам политзаключенным. У тех, кто не побоялся это сделать, силовики проверяли документы, некоторых задерживали.
Оппозиционного политика Алексея Навального вспоминали и по всему миру – в 146 городах в 44 странах. В этом списке было и два чешских города – Прага и Брно.
На акции в Праге, которая традиционно состоялась перед зданием посольства России, на площади Бориса Немцова, побывал Игорь Будыкин.
Алина Иванова, собравшая манифестацию перед посольством, в России работала в одном из штабов Навального. В Чехии она живет три года и не надеется вернуться на родину раньше, чем лет через десять.
«Такие харизматичные люди как Алексей Навальный рождаются раз в сто лет»
– Я никого не представляю – я самостоятельный волонтер, и это моя личная инициатива. Я оставила сообщение в фейсбуке, мы списались в ФБК, они запостили сообщение, и информация разошлась.
– Вы интересуетесь политикой? Для вас это что-то личное?
– Это мое личное, интерес к политике мне привил как раз Алексей Навальный: в 2017 году я пришла волонтеркой в его штаб.
– Кого вы сейчас видите лидером оппозиции?
– Сейчас – никого, потому что такие лидеры, такие харизматичные люди как Алексей Навальный рождаются раз в сто лет. Это люди, которые ведут за собой общество. И я никого на данный момент не вижу, но надеюсь, что такой лидер появится.
– Западные лидеры контактируют с женой Навального, существуют такие оппозиционеры как Максим Кац, Илья Яшин. Что вы думаете о них?
– Они делают прекрасные просветительские и гуманитарные проекты, но это не лидеры оппозиции. Оппозиционная деятельность – это способность вести людей за собой, заряжать общество, чтобы дать идею и надежду. На данный момент таких личностей нет.
– А у вас есть надежда?
– Конечно, есть.
– Вы хотите вернуться в Россию?
– На данный момент я не могу вернуться, потому что работала с Алексеем Навальным и была вынуждена покинуть Россию. Сейчас я нашла свой новый дом. Я надеюсь, что смогу вернуться в Россию лет так через десять-пятнадцать, потому что, даже если война остановится, политический строй останется прежним.
– Вы пессимист?
– Я реалист.
В фейсбуке Алина оставила такое сообщение: «Мне официально разрешили установить памятное место Алексею Навальному в Праге, на площади Бориса Немцова. Согласовано место установки. Пока не утверждена форма будущего памятника. Следующим шагом будет сбор подписей жителей Праги-6 в поддержку этого проекта – это поможет нам продемонстрировать, что инициатива важна для сообщества».
Активист под псевдонимом Кыш – федеральный координатор молодежного демократического движения «Весна» и его отделения в Чехии. Кыш уверен: «Не следует всех россиян считать кровожадными террористами – войну ведет не Россия, а Путин со своей бандитской группировкой, захватившей власть».
– В чем, на ваш взгляд, заключается работа оппозиции? Что она должна делать?
«Оппозиция должна заниматься своей страной, а не поддержкой ВСУ»
– У оппозиции существуют разные направления – это и диаспоральная работа, и работа внутри России, такая как медиа-работа, просвещение, доступ к независимой информации. Это также работа на местах, уличная агитация, кампании по решению проблем, привлечению внимания, по просвещению людей, стилю формирования гражданского общества. Если брать диаспоральную работу, это просвещение и объединение сообществ и их работа в собственных интересах и в интересах будущего демократической России.
– Просвещение – это хорошо, а какие-то конкретные действия сейчас нужно совершать в связи с тем, что идет война при участии России?
– Лично я не сторонник обобщений, что «Россия – страна-террорист», что «весь российский народ агрессивен и кровожаден», потому что это убирает из поля зрения огромнейшее количество людей и объединений, которые с этим не согласны, которые с этим борются. Война идет, но ведет ее не Россия, а Владимир Путин со своей бандитской группировкой, которая захватила власть, и совершает эти действия от имени народа России, от имени страны, хотя никто ему такого разрешения не давал. Путин никого не спрашивал, он не спрашивал россиян, хотят ли они войны, хотят ли, чтобы он ее начал. Поэтому, что касается конкретных действий, мне кажется, я конкретными направлениями работы ответил, что можно делать и что делаем, в том числе, мы.
– А чего делать нельзя? Донаты на ВСУ – это запрещено? Потому что я иногда слышу: «Нет-нет, мы этого никогда не сделаем!»
– Что касается донатов ВСУ, я думаю, этим должны заниматься люди, которые имеют к этому какое-то отношение, то есть это народ Украины, сочувствующие ему политики, граждане других государств. Я не вижу в этом проблемы, однако, по моему мнению, если говорить о российской оппозиции, то он должна, в первую очередь, заниматься своей страной, переменами в своей стране, а не поддерживать какие-то другие силы, потому что у нее самой – ограниченные ресурсы. У нас огромное количество политзаключенных, огромное количество медиа-организаций, правозащитных и других направлений, которым требуется поддержка, но после начала войны есть сложности с поиском ресурсов, и этим оппозиция должна заниматься. Мне кажется важным, чтобы оппозиционно, демократично настроенные россияне в эмиграции и внутри России направляли свои ресурсы именно на поддержку гражданского общества.
– То есть гражданское общество будет ждать, пока в России как-то сменится власть?
– Нет, гражданское общество, которое сейчас есть, будет вести работу по тому, чтобы расширяться и готовиться к условному окну возможностей, которое рано или поздно обязательно произойдет. Важно, чтобы к тому моменту они были готовы предпринять необходимые действия, чтобы привести Россию к демократичным реформам, а не упустить эту возможность.
– Вы думаете, те люди, которые сейчас воюют в Украине, голосуют за Путина, примут новых руководителей из-за границы – то, что сейчас именуется оппозицией?
– А кто говорит, что это будут руководители из-за границы? У нас большая страна, много хороших специалистов в разных направлениях, много потенциально хороших политиков, которые до сих пор живут в России, до сих пор пытаются там что-то делать. Кто-то, может быть, еще себя в этом не открыл. У меня есть сомнения по поводу того, что люди из эмиграции вернутся и возглавят правительство, – они по очевидным причинам все больше и больше со временем отдаляются от российского общества, от российской реальности. Опыт других стран и наш – Афганистан, Чечня показывает, что общество рано или поздно приходит к пониманию того, что это было ошибкой, что нужно было делать по-другому, и следует работать над тем, чтобы такого больше не повторялось. И я думаю, к этому все придут, а те, кто участвовал в войне, если и не признают, что все это было абсолютно не нужно, то хотя бы не будут эту позицию активно поддерживать по причинам общественного осуждения.
– Россия проиграла в русско-японской войне, после чего началась революция в России. Первая мировая, фактически, тоже была проиграна, и началась революция. Как вы думаете, России нужно проиграть в этой войне, чтобы что-то изменилось?
– Вызывает непонимание, почему большое количество людей считает, что военное поражение Путина равно свободная демократичная Россия, которая появится путем революции. Потому что это совершенно неочевидная вещь. Если мы смотрим на то, что сейчас происходит, трудно с уверенностью сказать, что в ближайшем будущем это поражение может произойти – и с учетом того, что сейчас происходит, попыток переговоров и всего остального, похоже, что все движется к очередной заморозке с совершенно непонятными последствиями. И трудно, конечно, сказать, что это хорошо. То есть, с одной стороны, будет прекращение огня, и перестанут с обеих сторон умирать люди, но то, на каких условиях это будет, вызывает большие опасения. Но на это мы мало можем напрямую повлиять.
– То есть выжидать и агитировать?
– Скорее, направить свои усилия на работу внутри России, а не на попытки повлиять на американскую политику.
Художник Геннадий Александров много лет живет в Чехии и не пропускает практически не одной оппозиционной акции. Геннадий рассуждает о роли, которую играет сегодня российская оппозиция.
«Навальный был последним мощным политиком мирных перемен в России»
– Cейчас у так называемой оппозиции сложное положение, потому что даже трудно определить, что она собой представляет и какие задачи себе ставит. Я пришел к выводу, что по старым правилам оппозиция не может прийти к власти в России, потому что путинская банда устанавливает собственные правила без правил, через кровь и убийство. Так что необходимо серьезно переосмыслить положение и направленность оппозиции. Сейчас должен найтись какой-то серьезный политик, который. перевернет эту шахматную доску и установит свои новые правила, которые будут более эффективны. Кто за это возьмется, я не знаю, но без этого в России ничего не изменится.
– Поражение России в войне является условием перемен?
– Именно. Без победы Украины в этой войне у России нет никаких шансов. В первую очередь, Украина должна победить в этой войне. Потому что без этой победы в России не могут произойти никакие изменения. Если политические лидеры в оппозиции поймут это, объединятся, будут помогать Украине всем, чем можно, то тогда есть шанс на какие-то изменения.
– Но оппозиция постоянно твердит, что «они не имеют морального права желать поражения русскому народу», что «русский народ не имеет к войне никакого отношения, а воюет лично Путин» и тому подобное.
– В том-то и дело, что Путин устанавливает свои правила, в которых у оппозиции нет шансов, и это необходимо признать.
– После смерти Навального, который был иконой оппозиции, вы сейчас видите кого-то равного по масштабу или много фигур, но помельче?
– Навальный был, наверное, последним мощным политиком того мирного решения. Но сейчас мирного перехода не может быть. Путин не вечен. После него начнется смута, развал системы. И только тогда, через кровь, смуту, великие глупости, развалится Россия. И, может быть, на какой-то части России население сможет установить демократическую систему.
– Будут ли иметь к этому отношение так называемые лидеры и участники оппозиции, которые думают, что после смерти Путина они приедут и будут править в России?
«Россия развалится через кровь, смуту и великие глупости»
– В том-то и дело, что к власти придут люди с оружием, и они будут все определять. Если человек с ружьем придет и скажет: «Давайте строить демократическую Россию», это будет хорошим вариантом. Но вполне возможно, что сначала будет много крови.
– Тогда к чему все эти марши с флагами по Берлину? Вся деятельность, этих людей, которые называете оппозицией? Жены Навального, тех, кто приехал из России – Яшина и так далее?
– В любом случае, необходимо ходить в спортзал, тренироваться, чтобы, когда придет момент, можно установить мировой рекорд, участвовать в соревнованиях. Без тренировки у тебя нет шансов на участие. Но кто выберет себе такой вариант подготовки, чтобы стать победителем, – это вопрос.
