«России выгоден рост цен на нефть, и она не потеряет партнеров в Иране»
Стремительный взлет мировых цен на нефть на фоне войны США и Израиля против Ирана ежедневно приносит российскому бюджету около 150 млн долларов дополнительного дохода, сообщила 12 марта газета The Financial Times.
Западные СМИ, от «Би-би-си» до «Politico», утверждают, что, благодаря подорожанию нефти, и приостановки Соединенными Штатами части санкций в отношении российских нефтяных компаний, победителем в ближневосточном конфликте становится Россия.
О том, что выигрывает, а что нет Кремль на фоне ближневосточной войны, рассказывает сотрудница кафедры по изучению России и Восточной Европа факультета социологии Карлова университета Даниэла Коленовска.
К концу марта Россия может получить в общей сложности от 3,3 до 4,9 млрд долларов дополнительных доходов, если средняя цена на российскую нефть составит 70–80 долларов за баррель. В феврале цены держались на уровне 45 долларов.
The Financial Times
«В краткосрочной перспективе это, конечно, выгодно России, поскольку российский бюджет и война в Украине зависят от цен на нефть. Долгое время эта цена удерживалась на низком уровне, чтобы препятствовать России в финансировании агрессивной войны. Сейчас мировые цены на нефть взлетели по сравнению с тем, какими они были всего две недели и даже неделю назад. Для российского бюджета это, конечно, стало неожиданностью, то есть эти доходы поступают в ситуации истощения ресурсов, когда России предстояло переходить на режим внутренней экономии, чтобы продолжать войну и одновременно покупать лояльность собственного населения. Это первое.
Второе, существует российский теневой флот, загруженный нефтью, который бороздит мировой океан в поисках мест для выгрузки товара. В данный момент эта ранее нежелательная и токсичная нефть, которую перевозит теневой флот, стала чрезвычайно привлекательной и доступной для тех, кто не накопил достаточных нефтяных запасов, в отличие от, например, Китая, Евросоюза или США.
Например, у Индии таких запасов нет. Так что в данный момент снятие эмбарго наверняка означает, что Индия будет забирать у теневого флота нефть, которая сейчас стоит дороже, чем в тот момент, когда её в эти танкеры загружали».
Извлекает ли Россия выгоду из войны в Иране также и в геополитическом плане, если учесть, что внимание Запада смещается в этот регион, США именно туда направляют свои военные мощности, а дальнейшие мирные переговоры с Украиной откладываются?
Россия и Иран хотят захватить мировую экономику, заявила, выступая 13 марта в Саудовской Аравии, министр иностранных дел Великобритании Иветт Купер.
«У России с Ираном сложились специфические отношения. С одной стороны, это сотрудничество в сфере вооружений, но также и взаимодействие в области энергетики. Россия и Иран выстраивают своего рода альтернативный маршрут для поставок российских энергоресурсов через Азербайджан и Иран на мировые рынки, к Индийскому океану. Так что для России это, безусловно, чувствительный регион, которому она уделяет огромное внимание.
Что касается того, видим мы сейчас победу или поражение, то российские инвестиции в Иран в данный момент определенно поставлены под вопрос. Однако, учитывая стиль Дональда Трампа в подходе к конфликтам в разных точках мира, можно ожидать, что полного свержения тегеранского режима не произойдет. То есть Россия по-прежнему будет находить там партнеров, с которыми в будущем ей, вероятно, будет гораздо проще развивать торговлю, поскольку на международной арене Иран окажется в изоляции.
В этом отношении для России это определенно долгосрочное преимущество, хотя на данный момент сотрудничество приостановлено: «Росатом» отзывает своих сотрудников и жалуется на отсутствие контактов с иранской стороной, так как от ударов пострадала иранская ядерная программа и снизился потенциал Ирана в сфере ядерных разработок».
Помимо прочего, Россия предложила себя в качестве возможного посредника между США и Израилем с одной стороны и Ираном с другой. Чего этим добивается Кремль?
«Россия пытается вернуться к той роли, которая уже использовалась на международном уровне во время войны в Сирии. Тогда Россия выступала посредником в ситуации с Башаром Асадом, и теперь она стремится сохранить свои позиции на Ближнем Востоке.
У России очень прагматичные отношения с теми, кто обладает энергетическими ресурсами или строит инфраструктуру на своей территории и поблизости, не имея на это достаточно средств. В такой ситуации Россия выступает в роли того, кто это финансирует и строит эту инфраструктуру, например, «Турецкий поток».
Здесь налицо явное стремление сохранить актуальность прошлых инвестиций на будущее и остаться международным игроком в ситуации, когда у РФ в этом регионе есть союзники, и Россия их не теряет. Даже у Израиля именно из-за Сирии сложились с Россией весьма прагматичные отношения», – считает социолог, специалистка по России Даниэла Коленовска.
