Петр Шиляев: «Меня интересует тонкая материя отношений между личностью и государством».

r_2100x1400_radio_praha.png

В рубрике «Портреты» историк и журналист, член чешской секции всемирной ассоциации писателей ПЕН-клуб Петр Шиляев расскажет о том, почему, объехав полмира, он все-таки решил остаться в Чехии, ставшей для него второй Родиной.

«Очень тонкая материя отношений между людьми, отношений между отдельной личностью и государством. Это - тема, которая мне очень интересна, и которой я занимаюсь практически в течение всей своей творческой жизни. Это - свобода и несвобода. Свобода личности, свобода слова. На другой стороне - это диктаторские режимы. Это подавление свободы».

Историк, писатель и журналист Петр Шиляев родился на Украине. Вот уже несколько лет он живет в Чехии. Свою роль в этом сыграла написанная им трилогия «Легкая ностальгия по тяжелым временам».

«Она вышла в 2001 году в городе Луганск. Но потом, когда она вышла в свет, и ее стали читать, я получил за нее премию имени Владимира Даля, она стала известна, у меня появились проблемы с пребыванием в своей же стране. Потому что книга касается и довольно мрачных сторон истории Советского Союза и уже независимых стран, которые образовались после развала СССР».

В итоге, Вы вынуждены были принять решение покинуть свою страну...

«Мы оказались сначала в Крыму. Потом какое-то время мы были в России, потому что у меня много очень друзей и коллег. Я работал вместе в одной аппаратной с Владом Листьевым. Это была программа «Взгляд», знаменитая в Советском Союзе, с Александром Политковским, с Василием Антиповым и другими в то время очень популярными журналистами, которые отстаивали новое мышление, которое как бы поддерживал Горбачев тогда. Называлось «перестройка», «гласность». Потом мне пришлось уехать еще дальше. Какое-то время я был в Соединенных Штатах. Но, в конце концов, победило желание быть ближе к своей Родине. Так я оказался в Чехии, но еще и потому, что у меня здесь много друзей».

В Чехии Вы живете с 2003 года, являетесь членом чешского ПЕН-клуба, при поддержке которого в 2006 году на чешском языке была издана первая часть Вашей трилогии «Легкая ностальгия по тяжелым временам» в переводе Мирослава Станека.

«Это - прекрасный переводчик. Это - человек, который до меня переводил Толстого. Сейчас он переводит Чехова. Он шутил, не боюсь ли я, что он будет переводить меня. Я не понял, почему. Он сказал: «Понимаешь, все, кого я переводил, это либо классики, либо покойники. Хорошо, если ты станешь классиком, но я бы не хотел, чтобы ты стал покойником». Я должен сказать, что есть уже отзывы других людей о переводе, о качестве этой книги. Это очень хорошие отзывы, и я очень благодарен Мирославу Станеку за его сотрудничество со мной. Я эту книгу переводил вместе с ним, можно сказать, потому что вычитывал пять вариантов перевода. И я уже тогда чувствовал, что это - хороший материал, хороший перевод».

Вот что написал в рецензии к этой книге Мартин Завадил: «Возможно, это произошло благодаря свежему переводу Мирослава Станека, возможно, благодаря доброжелательному стилю автобиографического повествования Петра Шиляева, возможно, свою роль сыграла близость нам описываемых в ней исторических событий 50-х и 60-х годов. В любом случае, уже первые страницы этой книги втягивают нас в круговорот тех событий, о которых вспоминает автор».

Какие темы Вас интересуют сегодня, как литератора и историка?

«Я написал уже здесь за это время, за три с небольшим года еще четыре книги, пишу пятую. В том числе, об истории Чехии и Чехословакии. Это - годы 1918, 1938, 1948, 1968 и, наконец, 1989».

Так называемые, чешские «восьмерки»...

«Чехи сами иногда говорят, о том, что это их феномен. Я столкнулся здесь с тем, что открыл страницы истории Чехословакии, Чехии, которые в Советском Союзе были мало известны, и малоизвестны сейчас, в новых независимых странах - в России, Беларуси, Украине и так далее. Например, то, что началось здесь после прихода к власти коммунистов в феврале 1948 года. Это репрессии, которые последовали вслед за теми, которые начались в Советском Союзе после Второй мировой войны. Это была уже вторая волна репрессии после тех, которые были перед войной. Это - одна из малоизвестных тем.

Вы много работаете с архивными материалами. Благодаря этому Вам удалось очистить от обвинений в сотрудничестве со службами чехословацкой и советской безопасности, а также гестапо известного чешского певца 60-80-х годов Рудольфа Кортеза, о котором вы пишете и в своей книге «Легкая ностальгия по тяжелым временам». Что интересного по-прежнему можно найти в чешских архивах?

«Мне была очень интересна семья Масариков. Это - Т.Г.Масарик. Первый президент независимого Чехословацкого государства, который возглавил его в 1918 году, и его сын - тоже очень знаменитая личность Ян Масарик, который был чешским министром иностранных дел в чрезвычайно сложное время Второй мировой войны и оставался в правительстве до тех пор, пока к власти в 1948 году пришли коммунисты. Существуют две версии его смерти - самоубийство как способ выражения своего несогласия с новым режимом и политическое убийство. Я познакомился с личным секретарем Яна Масарика. У меня есть уникальные записи с ним, записанные на магнитофон. Это были очень сложные, очень трагические моменты истории Чехословакии. Фигура Яна Масарика в моих рукописях проходит довольно ярко. Я постарался отразить то, что узнал из архивных материалов, а также в результате моего личного знакомства с секретарем Яна Масарика, а также людьми, которые тогда находились в правительстве, и решали многие сложные вопросы, прежде всего, будущее Чехословакии».