Сложносоставное правительство с бизнесменом во главе

Andrej Babiš, foto: ČTK / Michal Kamaryt

Только заручившись поддержкой фракции коммунистов, коалиционное правительство ANO и социал-демократов, возглавляемое Андреем Бабишем, смогло добиться от парламента вотума доверия. Не стихают голоса, указывающие, что впервые после «бархатной» революции в формировании власти в государстве приняла участие компартия. Негативную роль в глазах части парламента играла и сама фигура премьер-министра – против Бабиша выдвинуты обвинения в злоупотреблении субсидиями Евросоюза. Представляет ли это опасность для демократии в стране? И насколько стабильно правительство, которое, в итоге, получила Чехия?

депутат от ТОР-09 Карл Шварценберг, фото: Мартин Свозилек, ЧРо
После многочасовых дебатов в Нижней палате за новый кабинет проголосовало 105 депутатов и 91 выступил против. Правящая коалиция и компартия приветствовали «завершение периода неопределенности», когда первый кабинет длительное время работал без вотума доверия, находясь в отставке. Оппозиция продолжает бить тревогу.«Республика, созданная в 1993 году, прекратила свое существование, ей на смену приходит особая вождистская демократия Бабиша»,– заявил депутат от ТОР-09, бывший министр иностранных дел Карл Шварценберг.

Своим видением ситуации с «Радио Прага» делится комментатор «Чешского Радио» Петр Гартман.

«Это – не конец демократии, а то, с чем заигрывали многие политики, в том числе в свое время и Мирослав Калоусек, бывший тогда одним из лидеров христианских демократов. А именно – включение во власть коммунистов уже после «бархатной» революции 1989 года. Хотя они и не вошли в состав кабинета, раз они подняли руки при голосовании о доверии правительству, их можно считать составной частью системы власти, и это действительно экстраординарная ситуация. Однако, полагаю, она не должна затмевать куда более принципиальное обстоятельство – тот факт, что в Чешской Республике вторично – поскольку это уже второй кабинет – правительство возглавляет человек, в отношении которого открыто уголовное дело, для которого проблематично получить чистое люстрационное свидетельство».

Однако социал-демократы, оправдывая свое согласие войти в кабинет Бабиша, указывают на принцип презумпции невиновности, поскольку дело в отношении него еще не завершено, и обвинительный приговор суд пока не вынес.

Презумпция вины для политиков

комментатор «Чешского Радио» Петр Гартман, фото: Радко Кубичко, ЧРо
«В его жизни как гражданина – это, безусловно, так и есть. То есть гражданин Бабиш является невиновным до тех пор, пока не вынесен судебный вердикт. Однако многие политики, в том числе в прошлом и из рядов социал-демократов, говорили, что для политика в большей степени действует презумпция вины. То есть если еще до суда человек не способен доказать несправедливость выдвинутых в его адрес обвинений, ему следует оставить политику, пока он не сможет вернуть свое доброе имя».

Петр Гартман считает, что это правило должно действовать, прежде всего, в отношении премьер-министра. В состав правительства входит МВД и Министерство юстиции, и члены кабинета косвенно, но влияют на действия прокуратуры и полиции, что, в свою очередь, может поставить под сомнение независимый характер расследования дела в отношении премьер-министра.

Насколько стабилен коалиционный кабинет, который был сформирован с таким трудом и получил вотум доверия лишь при привлечении коммунистов в качестве «группы поддержки»?

Кризис социал-демократов как дестабилизирующий фактор

«Если правительство само не подаст в отставку, для его роспуска необходимо, чтобы за недоверие ему проголосовал 101 депутат. Так что с этой точки зрения правительство можно считать стабильным, при условии, что Андрей Бабиш найдет пути сотрудничества, например, с SPD. Если ANO прибавит к своим голосам SPD, они получают уже 100 голосов. В этом случае даже в ситуации, если социал-демократы и коммунисты решат не поддерживать больше это правительство, у них не будет шансов выразить недоверие кабинету».

премьер-министр Андрей Бабиш, фото: ЧТК/Камарыт Михал
Помимо формальной стороны – установленного законом порядка роспуска правительства существуют противоречия внутри самого кабинета.

«Социал-демократы переживают кризис, и он не прекратился после того, как они вошли в состав коалиционного правительства. Возможно, наоборот, это даже усилит этот кризис. Другая проблема состоит в том, что у правительства отсутствует четко проработанная программа. Андрей Бабиш проводит политику в форме своего рода маркетинга – он раздает обещания, которые иногда пытается выполнять, иногда нет. Однако некоторые обещания ему выполнять все же придется, и для этого ему потребуется найти поддержку, поскольку далеко не по всем вопросам у него будет единое мнение как с социал-демократами, так и с коммунистами. Ему придется искать поддержку в других частях политического спектра. Не исключено, что по некоторым вопросам ему придется голосовать с опорой на депутатов от других партий, нежели тех, которых он привлек в ходе получения вотума доверия. Это тоже может привести к определенному расшатыванию правительства».

Бабиш-премьер против Бабиша-предпринимателя

Палата депутатов, фото: Филип Яндоурек, ЧРо
Союз с социал-демократами и получение поддержки коммунистов предполагал определенные левые требования. Насколько трудно движению ANO находить с ними консенсус?

«Что касается левых настроений в правительстве, то там сложился любопытный парадокс, состоящий в том, есть две левые партии – ЧСДП и коммунисты и есть движение ANO, которое вряд ли можно заподозрить в левизне, во главе с человеком, пришедшим из крупного бизнеса – это бывший крупный предприниматель. Так что его задача, с одной стороны, нравится избирателям, а с другой – соблюдать свои бизнес-интересы».

Подобное сочетание, считает комментатор, может привести к конфликту интересов, как уже произошло, например, при решении вопроса о повышении выплат по больничному. То же может происходить и при рассмотрении других социальных вопросов. Противоречия с интересами крупного бизнеса могут проявиться и при принятии законов о налогообложении банков и т. д.