Кто же, на самом деле, «Странный сосед»?

«Странный сосед»

Театр «Арха» уже три года принимает участие в проекте, направленном против расизма и ксенофобии. В прошлом году театр с большим успехом представил спектакль «В 11:20 я тебя покидаю», в котором, кроме актеров, участвовали и беженцы, просящие убежища в Чешской Республике. Постановка осуществилась прямо в лагере для беженцев, и ее посмотрело около 1600 зрителей. Поскольку этот проект встретился с огромным позитивным откликом, театр «Арха» решил продолжать начатую работу и подготовить новый спектакль в сотрудничестве с беженцами. Как рассказывает режиссер Яна Свободова, вначале была только тема и название, все остальное пришлось искать.

«Мы знали, что спектакль будет называться «Странный сосед», что это будет об иностранце, который уже покинул лагерь для беженцев. Мы хотели говорить об иммигранте в среде крупного города, в долгожданной для него среде, где он хочет интегрироваться, жить здесь, найти себе работу. Это, может быть, еще более сложная ситуация, чем в искусственной среде лагеря для беженцев, где все ждут получения убежища, и где встречаются совершенно другие проблемы».

Значит, тема и среда спектакля были ясны. Осталось придумать, где реализовать постановку, чтобы город реально присутствовал, чтобы зритель его ощущал. Театральная сцена была для этого неподходящей, в театре человек не осознает, что он, на самом деле, находится в городе. После длительных поисков организаторы проекта обнаружили суперсовременный офисный комплекс «Danube House» в пражском квартале Карлин. Огромное стеклянное здание, с просторным атрием в середине, где во время перерыва можно сесть на скамейку и отдохнуть в небольшом, но очень приятном и уютном садике с искусственным ручейком. Два стеклянных лифта вас молниеносно и неслышно перенесут на последний этаж. Если вы не страдаете от головокружения, совершенно легко вы можете себе представить, что у вас выросли крылья, и вы парите внутри этого рая современных технологий.

«Когда вы закроете глаза, а потом их здесь откроете, и кто-то у вас спросит, где вы находитесь, вероятно, вы даже не узнаете, что вы в Чешской Республике. Эта среда вне любой культуры, она может быть в любом месте на свете, это современная архитектура, но, одновременно, основанная на экологических принципах. Когда мы это увидели, мы сразу поняли, что это самая подходящая среда для изображения столкновения культур».

Одной из основных тем спектакля являются барьеры между разными культурами и поиск путей, как эти барьеры преодолеть. Именно просторный атрий в здании «Danube House» с множеством столбов-барьеров поощрял фантазию немецкого сценографа Доминика Риннгофера, который в проекте «Странный сосед» занимался сценографией.

«В инсценировке множество различных пределов, конструкций и стен. Поскольку основной темой является борьба против расизма, очень важно открывать пространство, скрытое за пределом, стереть и устранить границы. И это должен сделать каждый индивидуально. И я думаю, что это очень важно и с политической точки зрения, - мы должны обнаруживать, интересоваться тем, что находится за пределами, что скрывается за занавесом».

Как мы уже сказали, главными героями инсценировки «Странный сосед» являются беженцы и иностранцы, проживающие в Чешской Республике. Им приходится ежедневно решать проблемы, связанные с проживанием в совершенно другой культурной среде. То, что в центре Европы является нормальным и естественным (например, открытый живот у девушек), для многих иммигрантов представляет собой неприемлемое поведение. Спектакль «Странный сосед» пытается обратить внимание именно на эти особенности, которые должны восприниматься не негативно а как расширение чешского кругозора. Ведь именно разнообразие является пряностью нашей жизни, помогает избегать стереотипов и учит понимать, что не только наш образ жизни является единственным полноценным и возможным. Не только наш...

Судьбы самих актеров, подобно, как судьбы ими изображаемых персонажей, сильно отличаются. Например, китайская девушка Йинг-Лу приехала в Чехию со своей семьей не по политическим, а скорее по экономическим причинам, чтобы здесь найти больше возможностей в предпринимательстве. Что для них вначале представляло самую большую трудность, какие барьеры оказались самыми сложными для преодоления?

«Самую большую проблему для меня представлял чешский язык. Когда мы говорили, никто нас не понимал, и наоборот. Вначале я чувствовала себя одинокой, я не могла жить как остальные, не могла общаться, а также у меня не было, что читать. Все книги написаны или по-чешски или по-английски. Я понимала отдельные слова, но не удавалось понять все, полностью. И когда я смотрела телевизор - тоже все на чешском. У нас здесь не было родных, друзей. Мы были, как будто закрыты в коробке».

Йинг-Лу живет в Чехии уже 10 лет. За это время многое изменилось.

«Сейчас я уже чувствую себя лучше, более свободной, у меня нет стресса и страха. Вначале, когда я ходила по улице, я страшно боялась, что если вдруг что-то случится, я не буду знать, что сказать, что сделать, поскольку я ничего не понимала, ничего не знала. Сейчас все лучше. Но мои родители и моя младшая сестра, к сожалению, до сих пор не выучили чешский язык. Я единственная в семье, кто может общаться с чехами».

Совершенно иначе судьба сложилась у армянского парикмахера Гугара Манукяна. Гугар, первоначально, жил в Грузии, где он закончил Музыкальную студию народных инструментов. Потом в Армении поступил в педагогический институт, на факультет музыки и пения по классу фортепьяно. Закончив свою учебу, он вернулся в Грузию, где женился и начал искать работу.

«По музыкальной сфере я не нашел нормальную работу, чтобы я был уверен, что смогу содержать себя и свою семью. Мне очень нравилась профессия дамского парикмахера. Однажды я пошел к сестре своего близкого друга и говорю: «Света, я хочу научиться у тебя парикмахерскому делу». Она посмеялась и говорит: «Ты такой музыкант, ты на парикмахера?» и я «Да, я люблю это дело». Правда, я помню, когда я был еще молодым, в 15-16 лет, целый час у зеркала я каждый свой волос поправлял. Ну, видимо, это тоже талант от бога, это искусство дано было».

Středisko v Balkové
В 1988 году Гугар пошел научиться парикмахерскому делу и сразу после окончания он начал работать дамским парикмахером в разных салонах. Два с половиной года он также сотрудничал с филиалом «Бурды», который находился в Тбилиси. Но потом, в 2001 году начались важные проблемы.

«Проблема была в том, что в Грузии был очень большой беспорядок, нападения и днем, и вечером, имею в виду грабежи. И однажды воры напали на нас, избили нас, ограбили, слава богу, что живыми нас оставили. Но это был огромный стресс, и для меня, а еще больше для моей семьи. Мы были вынуждены продать дом в Грузии, и переехали в Армению, в Ереван, потому что жена у меня из Еревана».

Гугар Манукян считает, что многие проблемы у него возникли также из-за его вероисповедания.

«В Грузии я раньше ходил в православную церковь, но потом я начал ходить в евангелическую, пятидесятническую церковь. Это церковь живого бога, я там нашел бога, я там находил те чувства, которые я не мог находить в православной церкви. Но постепенно я заметил, что соседи начали от меня подальше отходить, им не нравилось это. Грузия - это чисто православная страна. И потом, когда переехали в Армению, мы тоже начали ходить в церковь, и там тоже несколько раз ночью ногами об дверь ударяли. Я не знаю, что они хотели этим сказать. Но, в общем, этот страх не прошел у нас».

Итак, сначала уехал Гугар со старшим сыном, потом, через месяц приехала и его жена с младшим сыном. Почему они выбрали именно Чехию?

«Приехали мы не умышленно, не специально в Чехию, а просто потому, что денег хватило до Чехии. Я приехал как слепой, не знал как, что, где, куда, ни языка не знал. И вот в этой ситуации нас поймала полиция. Паспорт я оставил в пансионе, у меня была только ксерокопия, но это их не удовлетворило, итак, нас с сыном увезли в тюрьму. Но, слава богу, я думаю, что бог нас оттуда так быстро вывел, за восемь дней, мы с сыном постоянно молились. Там еще в тюрьме мы потребовали убежища. Я даже не знал, что здесь есть убежище. В тюрьме на стенах я читал на русском, на грузинском, на армянском: «Просите убежища». И вот так, как бы, по инерции, я узнал что, где, как, попросил убежище, и меня с сыном привели в лагерь Червены Уезд».

Гугар и его семья живут в Чехии уже пять лет. За это время у них родился еще третий сын. Им в Чехии нравится, они уже больше общаются с чехами, дети свободно говорят по-чешски. Но, к сожалению, до сих пор они не получили убежища.

«Я бы очень, очень желал бы, чтобы мы получил позитив. Потому что я уверен, что я нашел бы здесь работу, я не хочу жить на шее у правительства. Слава богу, есть руки, ноги... В парикмахерской я имел столько клиентуры, они все плакали, когда я уезжал из Грузии. Я бы здесь обязательно нашел работу. Если не по парикмахерскому делу, то по музыкальному. Я работал бы, и мы жили бы здесь».