Споры среди русских эмигрантов в Чехии вылились в угрозы смертью

Евгения Чигалова, фото: Post Bellum

Ее отец был царским офицером Белой армии, который принял предложение чехословацкого правительства переселиться в Чехословакию, и его вторым родным домом стала Прага, где он стал врачом. Евгения Чигалова родилась в Чехии и пошла по стопам своего отца – уже 51 год она работает в престижном пражском Институте клинической и экспериментальной медицины (IKEM). Кроме этого она заседает и в Совете правительства ЧР по вопросам национальных меньшинств, являясь таким образом в Чехии официальным представителем эмигрантов из России. Как Чигалова рассказала в интервью «Чешскому Радио Плюс», это не по душе многим ее бывшим соотечественникам – правительственному представителю неоднократно угрожали и чехи, и русские.

Евгения Чигалова, фото: Post Bellum

Чигалова была избрана в Совет вместо Алексея Келина, проработавшего при правительстве два должностных срока. Попытки оказать давление и добиться снятия ее с должности дошли до верхних эшелонов власти в стране, вопросом представительницы русского меньшинства в Чехии пришлось заниматься даже премьеру Андрею Бабишу.

«Представитель по вопросам национального меньшинства должен представлять интересы всех организаций бывших соотечественников. К сожалению, я поняла, что многие русские общества и организации не согласны с такой трактовкой. Они не довольны не только мной лично, но в принципе любым представителем, занимающим этот пост», - говорит Чигалова.

Наибольшая волна негативных и порой даже ненавистных замечаний и угроз расправой была Чигаловой адресована в реакции на ее выступление на «Чешском телевидении», где представитель русского меньшинства поддержала идею переноса статуи маршалу И. Коневу в другое место Праги.

Фото: Šjů, CC BY-SA 3.0
«Во время прихода в Чехословакию первой волны русской эмиграции, район Дейвице находился на окраине Праги. Именно здесь выходцы из России основали кооперативы, строили дома и снимали квартиры, именно здесь была сосредоточена их общественная жизнь, образовалась коммуна. Это были очень известные люди. А потом наступил 1945 год и в Праге появился СМЕРШ. В Дейвицах он был особенно активен, большого труда это не составило, достаточно было идти от дома к дому. Что это имеет общего с маршалом Коневым? Именно он был фактически главнокомандующим пражского СМЕРШ. Пропали тысячи людей, они просто исчезли, не вернулись».

Чигалова напоминает, что арестованные были зачастую гражданами Чехословакии, иногда забирали и чехов по национальности.

«Только сейчас начинают открывать архивы, и становится понятным, что, собственно, происходило в Чехословакии не после 1948 г., а уже после 1945 г. Нам еще многое предстоит узнать. А что касается Дейвиц, здесь до сих пор живут потомки тех, кто был насильно отправлен в ГУЛАГ и никогда не вернулся. Они каждый день обязаны смотреть на эту статую. Как они себя должны при этом чувствовать?»

Факт получения Чигаловой электронных писем, которые подпадают под статью уголовного кодекса «Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью» подтвердила «Чешскому Радио Плюс» также официальный представитель чешского правительства по правам человека Гелена Валкова. Дело расследует полиция.

Сама Чигалова связывает угрозы также со своей поддержкой казачьему движению, и тем, что она ежегодно отправляется в Австрию, чтобы почтить память жертв жестокой расправы, совершенной советской армией над казаками и их семьями у автрийского города Линц.

«Меня часто обвиняют в том, что я ежегодно возлагаю венок к памятнику офицера СС генерала Паннвица. Это не правда – это был один из высших атаманов казачьего войска, пусть и немец по национальности, а родился он в Петербурге. Он никогда не состоял в рядах Вермахта», - заявляет Чигалова.