Чешская деревня в Поволжье, уничтоженная колхозным строем

Místní hřbitov, foto: Tomáš Vlach, Český rozhlas

Этнических чехов можно встретить в разных регионах России, прежде всего, на побережье Черного моря. О том, что небольшая чешская диаспора жила в Поволжье, до недавнего времени почти никто не подозревал. Журналисты «Чешского Радио» разыскали заброшенную деревню Степановка, жителям которой, выходцам с украинской Волыни, сначала пришлось уступить свою землю военному полигону, а потом выживать в голодные годы. Хорошие времена для чешской деревни так и не наступили – люди, десятилетиями вынужденные жить в колхозной нищете, постепенно покидали родные места, и в 1980-е годы Степановка окончательно исчезла. Сейчас о живших здесь некогда чехах напоминают только надгробия деревенского кладбища.

Místní hřbitov, foto: Tomáš Vlach, Český rozhlas

В деревню, находящуюся в Самарской области, чешские журналисты отправились на пригородной электричке. За окнами мелькали заводские корпуса, где производят баллистические ракеты и детали автомобилей. На станции Чапаевск их уже ждал Лудвик Ирасек, который пригласил журналистов, приехавших с его исторической родины, к себе домой. Сегодня уроженец чешской деревни живет на окраине Чапаевска, в пригородном поселке Нагорный.

Vzpomínky pana Jirsáka dokumentují staré fotografie z rodinného archivu, foto: Tomáš Vlach, Český rozhlas
Пан Лудвик редко пользуется чешским языком, и, показывая журналистке Шарке Кухтовой семейный альбом, с волнением подбирает слова. В свое время пожилой человек он занимается историей Степановки и даже написал о деревне книгу. Там он родился в 1936 году. Однако это была уже новая Степановка...

Прежнее село, появившееся в конце XIX века, стояло на несколько километров дальше. Как рассказал Лудвик Ирасек, чехи перебрались сюда из украинской Волыни — крестьяне, евангелики по вероисповеданию, они искали в Поволжье плодородные земли. Однако в 1934 году им пришлось переехать, поскольку армия решила построить на этом месте полигон. Тогда чехи разобрали свои дома, перенесли и собрали заново в паре километров, на месте, которое тоже назвали Степановка.

Жизнь там была нелегкой. Всех крестьян загнали в колхоз. Платили им раз в год продуктами. «Нам хотелось, главное, досыта поесть. Хлеба не было, и нас спасала картошка. Нам приходилось хранить в подвале по 300 ведер картошки и коровье молоко — эти запасы позволяли нам прожить год», – вспоминает пан Лудвик. С журналистами он отправился в родную деревню, куда любит приезжать, хотя от населенного пункта осталось лишь пара прудов да старое кладбище. Сегодня там один из бывших жителей разводит пчел – на месте деревенской площади он поставил вагончик, рядом посадил картофель и другие овощи.

Poslední obytný dům ve Stěpanovce zbořili v roce 1986, foto: Tomáš Vlach, Český rozhlas
Последний дом в Степановке разобрали в 1986 году, но Лудвик Ирасек к тому времени там уже давно не жил. «Я ушел служить в армию и больше в колхоз не вернулся. Там нам ничего не платили, так что я пошел работать на завод, где получал хоть что-то. Так вся молодежь оттуда и сбежала. И мы уже остались в городе», – объяснил он. Кладбище – последнее, что осталось от деревни. На надгробиях мелькают чешские фамилии: Чаповы, Ирсаковы, Свобода. Сто лет назад эти люди противостояли здесь не только с суровой природе, но и с безжалостному советскому строю. Среди историй этих семей есть и трагические страниц – кто-то был расстрелян, кто-то оказался в Сибири. Впервые чехи появились в Поволжье 130 лет назад. Лудвик Ирсак – последний представитель диаспоры. Потомки обитателей чешской деревни утратили связь с исторической родиной.